Общероссийская общественная организация инвалидов
«Всероссийское ордена Трудового Красного Знамени общество слепых»

Общероссийская общественная
организация инвалидов
«ВСЕРОССИЙСКОЕ ОРДЕНА ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ ОБЩЕСТВО СЛЕПЫХ»

Кроме представленных материалов, вы сможете почитать в номере:

Мы и общество

Президентский Совет по делам инвалидов начал работу в новом составе

Новые возможности сотрудничества

Вести из регионов

Наука и практика

Психологическая готовность к ориентировке. — Е. Краснова

Компетентное мнение

Выбираем школу. — Н. Антонов

Женский вопрос

Когда своих работ не видит мастер. — Ю. Верёвкина

Творческая высота

Она пишет картины по памяти

Рука — в руке

Параллели чувств. — В. Бухтияров

Поэзия

Стихи. — В. Гостев, П. Шмыров

Кругосветка

Экстрим слепых

Давайте познакомимся!

Домашний калейдоскоп

 

Дискуссионный клуб

ГОРИЗОНТАЛЬНЫЕ СВЯЗИ

  Так случилось, что в ВОС я вступил раньше, чем в комсомол. Это произошло осенью 1969 года, когда мне  исполнилось 14 лет. Сейчас уже довольно трудно вспомнить, насколько серьёзно я подходил к этому событию. Одним из популярных вопросов, который задавали нам на бюро старшеклассники, вполне естественно, был: «Почему ты вступаешь в Общество слепых?» Школьным анекдотом стал ответ Фаяза Хисамова: «Все вступают, и я вступаю». Мы со смехом этот случай друг другу пересказывали, потому что точно знали, как нужно было отвечать. Тогда мы мало думали о льготах, которые нам как восовцам полагались. Нас больше привлекала возможность наравне со старшими ребятами и преподавателями участвовать в общественной жизни школы.

  Не боясь высоких слов, могу сказать, что  Всероссийское общество слепых в моей жизни сыграло немалую роль. Учась в университете, работая на предприятиях, я постоянно был в тесном контакте с первичками. В настоящее время многие поздноослепшие, да и молодые незрячие частенько не вступают в нашу родную организацию. Конечно, взносы — чисто символические, но и пользы, вроде бы, почти никакой, ведь прежних льгот, связанных с членством,  практически не осталось. Тем не менее, без организации, которая бы сплачивала инвалидов по зрению, не прожить! Роскоши человеческого общения и получению полезных знаний способствуют современные тифлосредства. Надо только очень захотеть. Приведу лишь два ярких примера «Интернет-вариаций» на восовские темы. 

С полгода назад в слепецкий  «Либ-таун» обратился председатель Ейской местной организации Краснодарской РО ВОС Николай Князев с предложением к участникам интернетовской игры «Что? Где? Когда?» помериться силами с их знатоками. Первой на этот призыв откликнулась российско-украинская команда «Транзит». В один из хмурых осенних дней «транзитники», как и болельщики, «обосновались» в «Вентриле», а кубанцы собрались в помещении местной организации и общались с нами по Скайпу.  Меня лично поразила обстановка, царившая на состязаниях. Коллективы единомышленников радовались правильным ответам соперников, никто не следил за счётом, и в результате, как бы банально это ни звучало, действительно победила дружба.

После интеллектуальных схваток председатели Ейской МО из казацкого края и Чистопольской из Татарстана договорились  организовать подобную баталию поклонников «КИСИ». Эта очередная битва слепых умников состоялась в январе на просторах всемирной паутины, а в феврале отважные южане скрестили интеллекты с гвардейцами международной команды «Спектр». Как и во встрече с «Транзитом», соперники задавали друг другу вопросы по принципу «ты — мне, я — тебе». Более подготовленные «спектровцы» оказались сильней знатоков из Ейска. Впрочем, набирающие форму «кисисты» не сильно огорчились, потому что обогатились новыми знаниями, приобрели необходимый опыт, а главное — познакомились с незрячими Республики Беларусь, Украины, Казахстана,  даже  Израиля и Германии, которые оказались в числе любителей интеллектуальных забав. Ейский руководитель Н. Князев заявил, что, подготавливая и проводя подобные неформальные мероприятия, он, прежде всего, старался продемонстрировать поздноослепшим подопечным необозримые возможности современных технологий.

  В голосовом чате уже несколько месяцев регулярно проходят заочные дискуссии председателей, членов бюро  и активистов местных организаций. Их инициатором стала преподавательница  Волоколамского ЦРС Татьяна Усачёва. Огромную помощь ей оказывает Рифкат Гарайханович Гардиев, который много лет возглавляет  Чистопольскую местную организацию. Кстати, он рассказывал, что во время Двадцать первого съезда ВОС  вице-президент Общества Валерий Александрович Балдыкин призывал укреплять, так называемые, горизонтальные связи.

  Многим незрячим пришлась по душе интернетовская форма общения. Более того, было решено организовать специальную рассылку для активистов ВОС, благодаря которой все желающие через электронную почту могли бы обсуждать насущные проблемы восовской действительности. Её модератором стал завсегдатай «Вентрилы» из Челябинской области Алексей Лавров. На рассылку, по его словам, подписалось уже 63 инвалида. Правда, более или менее регулярно обмениваются мнениями пока человек 10. Кроме уже упомянутых регионов, конструктивно контактируют представители Архангельской, Калужской, Кировской и Мурманской областей, а также Башкортостана. Вопросы поднимаются самые разнообразные: связанные с  ИПР и качеством тифлотехнических изделий, а главное — касающиеся взаимоотношений внутри  местной организации, в том числе тотальников с людьми, имеющими остаток зрения. Я верю, что в этих обсуждениях истина всё-таки рождается, ведь в них принимают участие как молодёжь, так и ветераны, умудрённые опытом работы с инвалидами по зрению, органами власти, жертвователями и благотворителями.

  Хочется призвать заинтересованных инвалидов по зрению и неравнодушных к их судьбам зрячих пользователей стать активными участниками дискуссий и подписаться на актуальную тематическую рассылку. Её адрес: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

            Владимир Савенков,

 Калужская область

 

Творчество наших читателей

Пышноцветие склероза

По крутой дороге Раиса поднималась на гору. Щебёнка под ногами от солнца выгорела добела. Руки оттягивали сумки с заказом подопечного: арбуз, хлеб, батоны, молоко, кефир, мясо, два ящика для комнатных растений. Ящик Георгию Егоровичу нужен был один. Но на прошлой неделе он позвонил в магазин «Природа». И там ему не смогли объяснить, какого оттенка серого цвета у них продаются ящики. Очень ли светлого, розоватого, синеватого, коричневатого, желтоватого?

— Раиса! Купи, пожалуйста, два разных. Постой! И договорись, что один вернёшь. Я должен выбрать сам.

«Стрелять, что ли, из этих ящиков…» — Но Раиса по многолетнему опыту знала, что спорить с такими подопечными бесполезно. И вот теперь оба ящика оттягивали руки, тёрлись краями о тело. А что делать: не он первый такой и не он последний.

Припомнилось вчерашнее. Она принесла продукты и лекарства Тамаре Петровне. У той, бывшей учительницы начальных классов, ноги влезали только в мягкие тапки самого большого размера. Да и то от пола она их уже не отрывала. Двигала вперёд, будто лыжи. Как всегда, Раиса всё разместила в холодильнике и по кухонным шкафам. Из кошелька с множеством отделений (по одному на каждого подопечного) она вынула сдачу, рецепты, оплаченную квитанцию за телефон, чеки и всё это отдала Тамаре Петровне.

— Спасибо, Раечка! Что бы я без тебя делала, как бы жила? Выпей со мной кофейку.

— Извините, Тамара Петровна, но мне сегодня ещё к четырём старушкам надо успеть.

— Вот видишь ты какая! А ведь мой педагогический опыт был бы для тебя очень ценен в воспитании дочери.

— Извините, но, правда, некогда. В другой раз поговорим.

Уже стоя на остановке, Раиса случайно подняла глаза и обомлела. За углом уже скрывались знакомый халат, войлочные тапки и крашеные пряди. «Что-то случилось…» Подхватив сумки, она поспешила вслед. Но пока дошла, Тамара Петровна, кряхтя, уже поднималась из подвальчика аптеки.

— Что случилось? Вам плохо? Понадобилось лекарство?

— Нет-нет, просто я проверяла, у них ли ты покупала мне «Янам», в той ли дозировке, их ли чек ты принесла и на эту ли сумму? А сейчас поднимусь в универсам и там тоже проверю все твои чеки.

— Господи, да зачем?

— А как же! Ты имей в виду: за тобой ведётся строжайший контроль!

— Ну и как, недодала я вам за эти полтора года хоть копейку?

— Пока нет. Но ты учти!

Вспомнив это, Раиса только покрутила головой. Но что поделаешь: дано человеку право на услуги соцработника — вот он им и пользуется…

Подойдя, наконец, к парадному, Раиса отомкнула дверь своим ключом, вошла, да так и осталась стоять с приоткрытым ртом. Георгий Егорович сидел за старым круглым столом. Перед ним кверху донышком стоял пакет из-под кефира, и старик что-то чертил на нём по линейке. Второй пакет стоял на столе рядом.

— Здравствуйте! А что это вы делаете, Георгий Егорович?

– А, пришла! Здравствуй, иди сюда и учись. А то ведь вы, молодые, ничего не понимаете в жизни. Вот я нашёл центры донышек. Делаю в них отверстия. Продеваю в них шнурок и завязываю узлы. Видишь, оба пакета держатся.

— И зачем?

— Теперь я надену шнурок на шею, пакеты будут на груди. И пойду собирать в них малину. Ягоду — в один пакет, ягоду — в другой. Будет соблюдаться равновесие.

— Господи, да я вам за десять минут соберу всю малину с ваших четырёх кустов в любую банку или кастрюльку.

— Нет, ты не понимаешь. Должны быть порядок и аккуратность. Я пойду к малине, а ты перенеси ящики под яблоки из того сарая в этот.

Таких ящиков Раиса не видела уже лет тридцать. Из неструганной тарной дощечки, сколоченные в «разбежку», они так и норовили оставить в коже занозы. Она выносила их попарно и складывала на травке у дверей другого сарая. И вдруг крик:

— Стой! Что ты делаешь? Разве так можно?

— Что не так, Георгий Егорович?

— Ты же видишь: этот ящик светлый, а не тёмный, как те остальные. Он — «благородных кровей». Значит, его надо ставить только на скамью или стол. А ты — на траву.

Рая молча переставила ящик на скамью, а сама подумала: «Интересно, где в тарных дощечках есть артерии и вены, по которым течёт «благородная кровь»?»

Но окончательно добила её бочка. Обычная, под водосточной трубой, для сбора дождевой воды. Её ставили на камни, и прошлой осенью Раиса очертила по ним вокруг дна круг краской, чтобы теперь бочка встала на то же место.

— Нет, принеси лестницу, залезай на неё и опусти вдоль трубы отвес. Я должен убедиться, что вода будет падать точно в центр бочки.

Пока Раиса тащила тяжёлую полусгнившую лестницу и осторожно взбиралась по её шатким ступенькам-перекладинам с отвесом в руке, Георгий Егорович, тяжело опираясь на палку, заковылял на скрюченных ногах в дом. Сначала он вынес и расставил жёлтый штатив-треногу. Потом вернулся опять и вытащил такой же жёлтый деревянный ящик. Отщелкнув замки и откинув крышку, он с натугой вынул из него геодезический нивелир, привинтил к штативу и, согнувшись в три погибели, припал глазом к окуляру.

— Георгий Егорович, а зачем всё это? — не удержавшись, спросила Рая.

— Видишь ли, я проверяю, ровно ли стоит бочка, не поднялся ли один край. Поверхность воды должна быть строго горизонтальной, а литься она должна строго в центр, иначе через край полетят брызги. А это перерасход. Вы же, нынешние молодые, не умеете беречь богатства Родины! Вот ты и учись у меня, пока я жив. Вот теперь я убедился, что бочка стоит ровно и аккуратно, всё в порядке. Возьми там, на столе, записку с заказом и деньги, верни в «Природу» вот тот ящик, а отвес дай мне. Пойду проверять, вертикально ли ты раньше вбила колышки для подвязки помидоров.

«Строжайший контроль», — всплыло в памяти Раисы, когда она спускалась по той же раскалённой дороге. А остальным трём подопечным было уже не до него. Парализованные, один даже не мог говорить, они терпеливо ждали, когда Раиса придёт, всё выгребет, вынесет, вычистит и вымоет, оботрёт их составом от пролежней, сделает уколы, приготовит еду на три дня. И как знать, кому-то скоро могут понадобиться и ритуальные услуги центра социального обслуживания: оформление последних документов, машина и могильщики, скромный венок, полированный деревянный крест… Траурные дела тоже входят в её обязанности.

Подошёл троллейбус. Раиса поднялась по ступенькам, взяла у водителя билет и спрятала его в отдельный кармашек кошелька — для отчётности перед бухгалтерией центра: её удостоверение права на бесплатный проезд ей не давало.

Даже не оглядываясь, Рая почувствовала: что-то не так. Уголком глаза она заметила сидящую у прохода сухонькую седенькую старушку. Та вертела круглой головкой на тоненькой шейке туда-сюда, беспомощно поглядывала то на соседок, то в окно, то на стоявших в проходе людей. Очевидно, она хотела что-то сказать, но никак не решалась. Наконец, она тронула за рукав кителя стоящего рядом офицера:

— Скажите, далеко ещё до остановки «Центральная»? Дочка велела мне ехать туда, придёт встретить, а я не помню, где мне выходить.

— Извините, я проездом, вашего города не знаю. Спросите ещё кого-нибудь.

Такой остановки не было ни на этом маршруте, ни на других. Но тут же нашлись советчицы:

— Это вам на площади Василевского выходить. Раз там диспетчерская троллейбусов и автобусов, значит, это и есть центральная.

— Ну при чём тут диспетчерская? Бабушка, вам надо в центр города, на площадь Мира.

— Да не слушайте вы их, я скажу, где выходить. Ваша дочь где работает?

— Не знаю, но она там начальница…

Не первый случай, подумала Раиса. Но троллейбус подкатил к нужной ей остановке. Надо было зайти в центр, сдать отчёт, плату подопечных за обслуживание и дополнительные услуги, узнать новые указания руководства. Но её кто-то догонял:

— Рая, привет! Опаздываем мы с тобой?

Раиса решила пошутить:

— Ну, я-то хоть к своим бабулькам-дедулькам ходила, а ты где была?

Молоденькая стройная шатенка Арина потихоньку оглянулась по сторонам:

— Понимаешь, повезло. С утра пораньше отделалась и забежала в парикмахерскую. Только села в кресло: «Ой, извините, я сейчас!» Убежала моя мастерица, а я и сижу… И не уйти в таком виде, и в центр уже надо. Наконец прилетает моя Зоя: «Ой, простите! Я в окно увидела: идет бабка из соседнего дома. Днём она дома одна, дети-внуки на работе. Когда сумеет открыть дверь, она выходит, а куда идти, не знает. И домой вернуться не может, сходу забывает, где живёт. Мы её уже давно знаем, увидим — ловим и отводим домой, вот я и побежала. Вы уж не сердитесь, ладно?» Ну, куда я денусь, не ругаться же, раз люди доброе дело делают. Вот и засиделась там.

— Да, и я многих таких же знаю. Ну, пошли в бухгалтерию, небось, Леонидовна голову не оторвёт, поворчит и успокоится.

И обе соцработницы свернули в ворота центра обслуживания.

А на другой день Раиса пришла к Павлу Васильевичу. Пока делала ему стрижку «полубокс», мыла полы в квартире, варила горячее, слепой старик неторопливо рассказывал:

— С пьянством мы тоже боролись. Я на металлоштамповке работал. Вдруг грохот умолкает, а библиотекарша визжит, как резцом по стеклу: «Товарищи! Давайте остановимся! Послушайте объявление! Сегодня в полтретьего профком! Повестка: борьба с пьянством!» Ну, кто-то пил-гулял да радовался, а мне, члену профкома, опять смену на полтора часа укоротили. Однако делать нечего. Моюсь, переодеваюсь, иду. Сидим в кабинете директора. Заходит первый алкаш. У мастера Марины Никитичны сразу слёзы на глазах, аж носом хлюпает: «Виталий, ну как же ты так? Мы тебя на работу взяли? Взяли. Квартиру дали? Дали. Жена у тебя активная, в хоре поёт? Поёт. Телефон тебе дали? Дали. Машину, чтоб шурин возил, дали? Дали. Место под гараж дали? Дали. Гараж сварили? Сварили. Установили? Установили. Путёвку дали? Дали. А ты и в санатории напился, и вчера в душевой пьяный валялся! Неблагодарный ты, ну почему ты пьёшь?» — «Больше не буду». Встаёт Лев Наумыч, гора горой, повернулся к Витальке: «Виталий, ты даёшь честное слово?» — «Я больше не буду». — «Товарищи, я за него ручаюсь. Слышишь? Теперь, если напьёшься, ты меня подведёшь, я за тебя буду нести ответственность. Ты понял?» — «А я больше не буду». — «Галя, дайте ему подписать письменное обязательство, что это последнее его обещание. Если ещё раз будет замечен, сразу увольняем. Даже без обсуждения. Ты понял?» — «А я больше не буду».

Галя сидит рядом со мной. Встала, пошла к этому «деятелю», дала подписать листок, вернулась, села, пошуршала бумагами на столе. А я руку протянул, и попалась стопка этих листков, скрепкой зажатых. Из интереса пересчитал — 18 «последних» обещаний не пить! Вот комедия-то! Ну, и дальше всё те же и всё то же. Надоело, аж жуть. А делать нечего, сидим, слушаем «торжественные обещания» этой публики. Наконец, закончили.

Выходим в коридор, идём мимо планового отдела, а плановик наш, Леонид Тарасович, опять еле бормочет. Славка мне шепчет: «Во! Опять голову от стола не поднимет. Трубку ко рту по столу подволок!» — «Алё! Людмила Николаевна? Хорошо! Приветствую вас! Что? Людмила Николаевна… Что вы говорите? А? План? Сейчас… Сейчас… Назову показатели… Где-то они у меня были… Может, директор взял… Алё, Людмила Николаевна, вы запишите, сколько вам надо, а слепые сделают!»

Ну, ясно, опять в обед выцыганил пятёрку у своего начальника Антона Алексеича. И держат такого! Говорят, когда трезвый, хорошо отчётность оформляет. Мне отчётность его до лампочки, а вот нормы нам, незрячим сдельщикам, он накидывает ловко. Да ещё везде ноет, что наша продукция убыточная. Откуда же всё берётся? Надеялись, что люди ничего не понимают… Эх!

Спускаемся по лестнице, а внизу уже разговор:

— Ну, ребята, опять им лапшу на уши навешали, давай по рублю, пошли на проходную! Машка, «коровья морда», небось, уже первач принесла. Отметим это дело! Васёк, тебе Серёга дал бутылку, чтоб ты ему в шашки проиграл? А ты её заныкал, не поделился!

 — Кто, я?..

Конца разговора из-за угла уже не слышно, свернули и вышли во двор. Вот такая она была, наша борьба! А теперь жалуемся: дети не такие! Слава Богу, что ещё хуже не нарожали!

Отделавшись, Раиса ещё раз моет руки, пишет адреса на конвертах и бандеролях слепых. Подопечный написал их за те три дня, что её не было. Пару писем продиктовал и ей. Молодые инвалиды по зрению, говорят, и смс пишут, и по электронной почте, по Скайпу общаются. А он предпочитает письма. Хорошо хоть его кривые огрубевшие пальцы в шрамиках и заживших ранках ещё читают по выпуклым точечкам, могут нажать кнопку быстрого вызова на мобильнике. И до почты он дойдёт сам, пока по дороге туда ничего не разрыли, не украли крышки люков. Потом погуляет возле дома по цементной дорожке с поручнями. Человеку нужно движение. А вернётся домой — сядет на балконе с магнитолой, и негромко зазвучат из неё либо главы «говорящей» книги, либо красивые песни и танцевальные мелодии прошлых лет.

Рая обувается, берёт свои сумки, своим ключом замыкает дверь квартиры и спускается по лестнице. Надо работать дальше. Люди её ждут.

Раиса свернула за угол многоэтажки и очутилась на тихой улице с частными домиками. Сюда не проводили никаких коммуникаций. Местные краеведы считали, что водопровод, газ, канализация разрушат исторически сложившийся облик этого ядра города. Даже за отделку домов пластиковыми окнами штрафовали и заставляли их снимать. Хотя и резных наличников купить было негде. Но кого это волновало? Никаких исторических событий в этих домишках тоже не бывало. Но кое-где у парадных висели ручки звонков — медных колокольчиков. А на старых полусгнивших оконных рамах виднелись причудливо изогнутые медные или даже стеклянные ручки. Их-то и собирались показывать заезжим туристам, ахая и восторгаясь.

Свернув к дому Нины Никифоровны, Раиса заметила через два дома автобус-катафалк и небольшую группу соседей. Войдя в прохладу комнаты, она поздоровалась, с облегчением поставила на табурет тяжёлую сумку и присела к кухонному столу. Нина Никифоровна торопливо убрала с него магнитолу и футляры с кассетами «говорящих» книг.

— Кого-то хоронят на вашей улице?

— Да Петю, сына Ильиничны. Господи, жалко-то как! На той неделе привёз он ей дрова, потом приехал с циркуляркой. Распилил все, сложил в сарай. Ну, она его покормила обедом. Он, значит, покушал, сел в этот свой… ну, на чём он ездит и сидит, и сидит. Люди подошли, тронули, а он уже холодный. Ну, приехали «скорая», милиция, спрашивают: «Что он у вас ел? Может, ядовитый гриб попался?» — «Нет, нет, я ему в супчик порошочек подсыпала». — «Какой порошочек?» — «А у меня  с войны оставался. На всякий случай». — «Да зачем же вы?..» — «А как же? Если я умру, мой домик ему достанется, нехорошо!» И смотрит, а глаза, говорят, так зелёным и сияют, так и светятся, лучи от них идут, и улыбается: рада, что хорошее дело сделала, порядок навела по-своему!

Раису передёрнуло от ужаса.

— А какой человек был, как всю жизнь о ней заботился!

Отдав старушке заказанное и подарок от центра из гуманитарной помощи (два махровых полотенца, два флакона шампуня и пакетик конфет),  Раиса записала новый заказ, вложила записку и деньги в нужное отделение кошелька, быстренько помыла швабрами окна и полы и налегке пошла обратно к автобусной остановке. Осталось съездить только к Петру Ивановичу, отвезти  лекарства. Боевой лётчик, воевавший и против гитлеровцев, и японцев, и над Кореей. На фото он был бравым мужчиной, весь китель в орденах и медалях. Сейчас он приветлив, тих, ласков, всегда в спокойном, хорошем настроении, очень симпатичный ей старичок.

— А, Раечка! Добрый день, проходите… А, лекарства… Хорошо, хорошо… А это вам, — и он протянул  флакон духов.

— Ой, ну что вы…

— Нет-нет, отказ не принимаю. Мне снова прибавили пенсию, могу себе позволить радость сделать приятное вам.

— Ну, спасибо! Другие иначе отмечают: себе коньяк покупают, вино… А кое-кто ещё и жалуется, что всё равно мало.

— Знаете, Рая, когда я только попал в училище и нас стригли наголо, у меня слёзы потекли — волос стало жаль. А старшина, воевавший ещё в финскую, подошёл, положил руку на плечо и тихо так говорит: «Запомни раз и навсегда: самое страшное в армии — это обидеться. Не обидишься — вся служба пройдёт хорошо. И никогда не спрашивай, как дела на фронте,  у раненых и таких вот вечно обиженных. И те, и другие так уж устроены: кажется им, что раз их ранили или обидели — всё погибло». Так вот я с тех пор и живу, коньяком мне заливать нечего, никаких обид. А дашь себе волю — кидаться на людей начнёшь: «Как это меня не спросили? Почему не по-моему?» Вот такие и спиваются. Я рад тому, что жизнь посылает. Вот стал слабеньким — послала вас. А поддайся я всяким своим стариковским желаниям и капризам — ничему рад не буду.

Вот эти слова и звучали в памяти Раисы, когда она шла на остановку. Они утешили её, подбодрили. «Как это верно!» — скорее даже не думала, а чувствовала она.

Но жить так оказалось нелегко. К стоящей рядом раздобревшей даме подошла тоненькая, как тростинка, девушка и спросила, как  доехать до главного корпуса университета. Та смерила девушку с ног до головы взглядом, презрительно оттопырила нижнюю губу и начала:

— Значит так, милочка, сядете на номер 17, проедете пять остановок, перейдёте на другую сторону и там сядете…

Раиса взорвалась:

— Женщина, куда вы её посылаете? Сами, скорее всего, приезжая, города не знаете, а берётесь советы давать!

— А почему вы со мной так разговариваете?

— А потому, что 17-й тут вообще не ходит.

— Как это?!

— И никогда не ходил! А из-за вашей безответственности девушка плохо  могла бы подумать о жителях нашего города! Девушка, вон идёт единица, садитесь и без всяких пересадок на третьей остановке сойдёте перед главным корпусом.

— Ой, спасибо вам!

Она птицей вспорхнула по ступенькам на заднюю площадку, а толстуха повернулась к Раисе спиной и спросила у подошедшего полицейского, как ей добраться до автовокзала.

Подкатил и троллейбус Раисы. Паренёк в кадетской форме, увидев её, молча встал. Она села, благодарно улыбнулась ему и с наслаждением вытянула усталые ноги. Кончался ещё один трудовой день. Она вынула мобильник и позвонила дочери:

— Полина, как ты?.. Да, уже еду. Доставай и разогревай…

 

Активный возраст     

 ДОБРОВОЛЬНАЯ НЕОБХОДИМОСТЬ

 Система Брайля пришла в мою жизнь, когда мне исполнилось девять лет. В связи со снижением зрения  третий класс обучения я начала в специализированной школе-интернате для слепых и слабовидящих детей. Тогда я могла ещё довольно свободно читать крупный шрифт в учебниках, но меня всегда просто завораживал процесс чтения и письма по Брайлю. Я смотрела на  одноклассников, которые водили пальцами по загадочным страницам с выпуклыми точками и стучали грифелями по бумаге, стеснённой прибором для письма. Решила тоже освоить эту грамоту, потому что была очень интересующимся, любопытным ребёнком. На просьбу помочь изучить Брайль учитель возразил, что мне это вовсе не нужно — зрение позволяет обходиться обычным  шрифтом. Но я не сдалась, попросила одноклассника написать мне буквы, цифры и знаки по Брайлю,  объяснить принцип зеркальности при написании букв. Окончив третий класс, взяла в школьной библиотеке азбуку по Брайлю, попросила прибор и бумагу и начала  самостоятельные занятия. За лето вполне сносно научилась читать и очень медленно писать. В библиотеке регулярно брала книги по Брайлю, чтобы не забывать приобретённый навык.

 Время шло, я взрослела, зрение медленно, но неумолимо снижалось. Уже с трудом читала крупный шрифт в книгах, стала прибегать к помощи многократной лупы, а все теоретические предметы, такие как историю, литературу, географию, биологию,  осваивала с помощью учебников по Брайлю. Думаю, что этот факт существенно помог сохранить остаточное зрение, потому что нагрузка на глаза значительно снижалась. Окончила школу хорошо, с остатком зрения в 3 процента. Впереди ждала взрослая жизнь.

 Сначала поступила в медицинский колледж. За три года получила профессию медицинской сестры по массажу. Затем — вторая ступень обучения в колледже на медсестру-организатора. Параллельно с учёбой работала три года массажистом в детской больнице. После этого поступила в Медицинский университет, чтобы получить специальность клинического психолога.

 На всех этапах  обучения использовала Брайль очень часто и широко. Конечно, в то время уже были в ходу кассетные диктофоны, с помощью которых я записывала лекции, также мне начитывали информацию из книг. Компьютера тогда у меня ещё не было. Но Брайль  очень выручал при  подготовке к семинарам, зачётам и экзаменам. Лекции, записанные на кассеты, я прослушивала дома, а потом всё конспектировала по Брайлю. Когда слушаешь лекции на кассетах, затрачиваешь массу времени, ведь преподаватель отвлекается, делает паузы, для того чтобы слушатели всё успели записать, множество других помех и шумов мешают сконцентрироваться и запомнить материал. Слушать такие лекции подчас бывало очень сложно. Приходилось всё время значительно напрягать слух, постоянно держать его в напряжении, чтобы расслышать нужную информацию. Если же я законспектировала всё самое важное и необходимое, то при подготовке гораздо быстрее и легче просто пробежаться по строчкам пальцами, вспомнить всё — и готов отвечать. Заметила, что когда задействуешь не только слуховой анализатор, информация запоминается быстрее. Конечно, на слух можно запомнить материал достаточно быстро, но если ты это прослушал, да сам написал, да потом ещё и сам прочёл пальцами, задействовав кинестетический анализатор, всё запоминается легче и на более долгое время. Также, если прошло довольно много времени, а для работы понадобилась какая-то информация, проще не прослушивать горы кассет, а найти тетрадь с нужной записью. Так что с уверенностью могу утверждать, что система Брайля помогла мне успешно сдать экзамены во всех учебных заведениях и получить три диплома с отличием. Моя дипломная работа по психологии была посвящена проблемам реабилитации слепых от рождения людей. В ней я подробно описывала и рассказывала о том, что Брайль является одним из основных средств реабилитации инвалидов по зрению. В качестве наглядного материала представила аудитории и членам комиссии книгу, написанную шрифтом Брайля, прибор и грифель.

 Знаю очень много молодых людей, которые в совершенстве владеют компьютером, широко используют магнитофоны для прослушивания аудиокниг, но некоторые из них даже не имеют представления о системе Брайля. А если и знают о ней, то учиться самостоятельно писать и читать не хотят. Лично для меня очень важно ощущение того, что я являюсь грамотным человеком, который умеет сам и писать, и читать. Это, как мне кажется, оказывает позитивное влияние на самооценку человека, делает его более уверенным в себе,  своих силах, возможностях. Ведь компьютер может сломаться, аудиокассета испортиться, а если под рукой прибор и грифель, напишешь для себя всё, что угодно. Ещё для меня очень важно читать первоисточник самой, потому что я могу представлять героев, воображать их внешность, голоса, интонации. Это  замечательный момент в чтении! В то же время, когда слушаешь аудиоверсию, тебе как бы навязывают своё видение книги. Актёры читают за героев определёнными голосами, лишая тебя возможности самой домысливать образы. Иногда я даже отказываюсь слушать книгу, если мне не нравится, с какой интонацией её преподносит диктор.

Рассуждая о пользе Брайля в быту, отмечу, что мне, к примеру, далеко не всегда удаётся найти то или иное лекарство, если некому рядом помочь. Поэтому очень удобно наклеивать полоски бумаги с написанными на ней названиями по Брайлю. С помощью таких надписей легко распознавать диски, кассеты, иногда  такие наклейки помогают мне отличить консервы и другие продукты питания.

 По Брайлю  удобно вести записную книгу, в которую можно занести телефон, адрес, день рождения человека. Я веду отдельную тетрадь, в которую записываю все задачи на ближайшее время, основные цели на разные сроки. Это очень помогает организовать своё время, ведь записи всегда под рукой. И что ещё мне очень нравится — мои записки точно никто не сможет прочесть. Полная конфиденциальность гарантирована!

 Книги я в нынешнее время читаю как в  аудиоформате, так и через голосовую компьютерную программу. Но, опять же повторюсь, никакой электронный синтезатор речи, никакой даже самый лучший диктор или артист не заменят того восприятия литературы, которое  человек получает от самостоятельного прочтения.  Что касается журналов, особенно специализированных, касающихся Общества слепых, их я беру в брайлевском варианте.

 В заключение хочется сказать, что Брайль в моей жизни играет немаловажную роль. Он помогает мне добиваться успехов в жизни, уверенно идти  к намеченным целям. Помогает чувствовать себя самореализованным, грамотным, самодостаточным, полноценным членом общества. Хочется сказать молодому поколению, да и всем людям, волею судьбы потерявшим или теряющим зрение: ребята, учите азбуку Брайля! Никогда это знание не будет лишним! Думаю, было бы неплохо, если бы опытные брайлисты поделились на страницах журнала опытом использования системы Брайля в своей жизни.

 Светлана Кротёнок,

 Владивосток

 

              НЕ ХЛЕБОМ ЕДИНЫМ

«МЕДВЕЖИЙ БЕНЕФИС»

  Львиную долю «действующих лиц» очередного Всероссийского Кубка ВОС «КИСИ» составили испытанные кадры творческих объединений из регионов Центрального федерального округа, которые плотным кольцом «обступили» столицу. Это и понятно, ведь «мыслящую элиту» инвалидов по зрению в довольно студёную субботу 18 февраля впервые приютила древняя Рязань, точнее, санаторий  «Солотча», расположенный в двадцати километрах от города в живописном и намоленном уголке средней полосы. Демонстрировать свои способности возле православных храмов прославленного женского монастыря Рождества Богородицы было особенно ответственно, тем более что в игре частенько встречались исторические и христианские вопросы, с которыми незрячие знатоки достойно справлялись. Правда, лидеры нескольких отборных команд не смогли ответить, как называли города-крепости по берегам Оки, которые защищали Москву от набегов татар? «Пояс Богородицы» почему-то поставил их в тупик.

  Нужно заметить, что после продолжительного перерыва из первопрестольной прибыл почти легендарный «Свет». Из ныне существующих только данный «отряд» из ООО «Кунцево-Электро» под тем же названием блеснул в пилотном проекте Команд интеллектуального современного искусства ещё в ноябре двухтысячного, то есть в прошлом тысячелетии. Хотя состав экипажа с тех пор сильно изменился, на капитанском мостике — по-прежнему Татьяна Витушкина. Помимо неё, на интеллектуальном марафоне в разном качестве присутствовали «гвардейцы первого призыва» — А. Давыдов, В. Букварёва и Л. Умнова.

Чрезвычайно голосистая «Гармония» из Курска, можно сказать, придала состязаниям международный статус, ведь в ней  собрались талантливые ребята, в том числе, из Республики Беларусь и Казахстана. Замечательные солисты Курского музыкального колледжа-интерната для слепых Федерального Агентства здравоохранения и социального развития яркими номерами мастерски заполняли неизбежные технические паузы изнурительного действа. Главный сюрприз преподнесла местная молодёжная сборная — «МКС», которой вопреки традиции достался стартовый номер. Может быть, как раз благодаря этому она неожиданно для всех напрямую проскользнула в пятёрку сильнейших. Вышеназванные «центровые» команды, а кроме того, «КИО» из Иванова и «Подолье» из Подмосковья выступили на  редкость удачно. Они победили в своих отборочных группах, либо, как минимум, попали в полуфинал, в конечном итоге завоевав престижные дипломы в различных номинациях.

  Согласно обновлённому положению, Владимирскую и Калужскую РО ВОС представляли по две команды, соответственно, «Мономах» и «Хрустальный звон», «КГБ» и «Вятичи». К сожалению, на этот раз «столичным соседям» не повезло, а дебютанты из самой Калуги даже ухитрились установить антирекорд, получив за визитку всего 2 с половиной очка, а затем совершенно «отмолчавшись» в отборочной группе. В грустную компанию неудачников вошёл и титулованный «Собеседник», несмотря на то, что в составе его делегации приехал и председатель Тверской региональной организации Александр Борисович Трегуб. Настроение перспективного руководителя должно было всё-таки улучшиться, когда ведущая уже в полуфинале спросила: «Кто с недавнего времени является самым молодым членом Центрального правления ВОС?» Приятно, что умники с поставленной задачей справились, хотя и не сразу.

  Поволжье представляли «Вектор» из Татарстана, «Симбирские сквозняки» и оба  саратовских коллектива. Все волгари сражались достойно, а ульяновцы очутились среди полуфиналистов и заработали  командный диплом. По привычке от «Фортуны» ждали большего, но на этот раз в полную силу развернулся «Парус», который с попутным ветром удачи прорвался в финал. Там он впервые стал «бронзовым призёром», что с нынешнего года сопоставимо с прежним «золотом». 

  Опытнейший «Ухтышь» с Кубани и волгоградская «Высота 102» прибыли с «дальнего юга». Кстати, артистичные виртуозы из города-героя вступили в «кисишное братство» лишь минувшей весной, а осенью к  ним присоединились представители Северо-Осетинской и Иркутской РО ВОС. Это произошло на масштабных межрегиональных состязаниях, соответственно, в Нальчике и Красноярске. Теперь уже в пятидесяти двух субъектах федерации незрячие активно культивируют «слепецкий игровой эксклюзив».

  На этот раз почти все тематические приветствия радовали высоким исполнительским мастерством, отрепетированной слаженностью и выдумкой. Правда, кое-кто просто не уложился в семиминутный лимит. Художественный руководитель КСРК ВОС Т.К. Хаялетдинов и директор Рязанской областной специальной библиотеки для слепых В.Г. Жакенова иногда снижали оценки на несколько десятых. Этим придирчивым заслуженным работникам культуры, составлявшим половину жюри, порой юмор казался  грубоватым, а вокал —  небезупречным. Впрочем, единодушных «пятёрок» тоже хватало.

  Лично меня потрясла мини-опера на музыку Бизе, премьеру которой представило «Подолье». Запомнилась и выходная ария главного трофея «КИСИ». «Переходящий кубок» под мелодию Кальмана  выразительно «изливал душу» вечного скитальца, который за полгода привязался к  последним приветливым хозяевам. Наверное, ему очень хотелось остаться у «Пермских медведей», но они его не отстояли, хотя бились как тигры.

Председатель Ярославской  региональной организации Александр Сергеевич Осипов на протяжении всех многоступенчатых состязаний поневоле солировал дольше других координаторов. Видимо, спустя 10 лет, ветеран движения очень захотел снова завоевать Кубок «КИСИ». «Ярославские медведи» выкладывались до предела. В упорной борьбе с классиками из Подольска, они стали лучшими в полуфинале, а затем, практически без отдыха, как бы по инерции, на кураже великолепно стартовали на заключительном этапе. Только запала им не хватило, потому что у кубанцев был стимул повесомее, ведь они до сих пор никогда не становились обладателями общероссийской реликвии. Мощный казацкий десант внезапно и неудержимо рванул к заветной цели. «Ухтышь» наконец-то полностью оправдал свою именную «восторженно-превосходную сущность». Закалённый в социокультурных баталиях,  председатель Краснодарской РО ВОС Юрий Серафимович Третьяк в критичной ситуации буквально «перетерпел» эмоционального коллегу. Не обошлось и без случайности: для стойких южан — счастливой, а для измотанных северян — роковой. Так уж вышло, что единственного трёхочкового «подарка» дождались кубанцы. На окончательный результат коренным образом повлияла, пожалуй, излишне щедрая оценка широко известных вариантов названия крупной хищной кошки, рычание которой украсило трек. Ассам Причерноморья повезло, что за их игровым столом находился сотрудник библиотеки Игорь Куликов, который совсем недавно записал диск «Поговорим о братьях наших меньших», представляющий мультимедийный экскурс по Краснодарскому сафари-парку. Решительному интеллигенту не составило труда гордо произнести в нагретый и запотевший микрофон: «Пума, горный лев или кугуар!» Прежние лидеры были ошеломлены и отыграться не смогли — не на чем было.

  Очередной Кубок завершился на высокой ноте подлинного искусства, трогательных монологов  и разговоров по душам. Председатель Рязанской РО ВОС М.В. Пронина и её соратники сделали всё возможное, чтобы превратить часы напряжённой борьбы в настоящий  праздник творческого общения. Недаром сама Марина Викторовна с упоением «кисишничала» в чисто женской команде «Ай, да мы!». По большому счёту, задорных девчат недоставало и на этом «карнавале впечатлений».

Организаторы позаботились о солидных пакетах с местными сувенирами и о достойных призах отличившимся участникам. Администрация города Рязани тоже не осталась в стороне. Памятный подарок от  областной думы получила команда «МКС».
Сувениры от фирмы «Танго-сервис» достались «Вектору» и «Хрустальному звону». Владимирский «Мономах» отметила Администрация города. Рязанский комитет молодёжи поощрил «Вятичей».

Приехав накануне и прогуливаясь вечером по территории, мы обнаружили хорошо освещённый каток, а кроме того, несколько снежных скульптур, в том числе и вздыбленного белого властелина Заполярья. Тогда и подумалось: «Здорово было бы сфотографировать, как в присутствии абстрактного зверя огорчённые камские «Медведи» вручают заветную награду волжским тёзкам!» Не срослось: хрупкая конструкция знатного «информационного  повода» разбилась о реалии мелких обстоятельств. Предчувствие чуть промахнулось! Впрочем, своеобразный «медвежий бенефис», по сути, всё-таки состоялся. К тому же следующая встреча интеллектуальных единомышленников намечена на осень в Перми. Ещё планируется Открытый Кубок «Подолья». Хочется надеяться, что  также состоятся традиционные и популярные межрегионалки в Сибири, на Северном Кавказе и в Татарстане.

          Владимир Бухтияров