Общероссийская общественная организация инвалидов
«Всероссийское ордена Трудового Красного Знамени общество слепых»

Общероссийская общественная
организация инвалидов
«ВСЕРОССИЙСКОЕ ОРДЕНА ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ ОБЩЕСТВО СЛЕПЫХ»

Кроме представленных материалов, вы сможете почитать в номере:

Мы и общество

Стратегия определена

Сотрудничество крепнет

Вопреки кризису

В. Войцицкий Курс — прежний.

Личность

Е. Светлова. Бронза с золотым отливом.

Память сердца

Е. Бобровская. Морская душа.

М. Горин. Солдатский вальс. 

Перечитывая заново

К. Симонов. «Слепец»

Активный возраст

Анна Абышева: «Волонтёрское движение нам необходимо»

Дискуссионный клуб

Л. Миронова, Н. Коровников, О. и Л. Авксентьевы, Л. Граблюк, Р. Сатышев, Т. Усачёва, Н. Кремнёва

Вести

Давайте познакомимся!

Домашний калейдоскоп

 

 

Поэзия

Александр Гахов,

Черняховск Калининградской области

* * *

Стали зори холодны — скоро осень,

Скоро липы во дворе листья сбросят.

Загрустит ночами дождь виновато,

Знаю — в мире всё проходит когда-то.

Порой хочется в седло, ногой в стремя.

На земле всегда всему — своё время...

Не пора ли мне с душой разобраться?

А то вон уже виски серебрятся.

* * *

Жизнь вертела мною, как хотела,

Мне казалось,  это я верчу;

И считал я, что любое дело,

Коль придётся, будет по плечу.

Что имеем — не храним нисколько,

Потеряв, во всём судьбу клянём.

В просветленье понимаем только,

Что потерю плачем не вернём.

Верил в то, что сам судьбу слагаю,

В то, что сам творец земных дорог.

Но забыл, что лишь предполагаю,

А располагает только Бог.

* * *

 

Бреду, как Диоген, не лампа — трость в руке...

А человек в людской породе редок.

Он измельчал на жизни наждаке,

Да так, что негде ставить проб и меток.

Его, конечно, можно и позвать,

От суеты мирской побеспокоить.

...Но я бреду — «господняя печать»,

 «Господняя печать» на нашу совесть.

* * *

Каждый в этом мире счастлив,

Если женщина любила,

Если в трудный час ненастья

Откровение дарила.

И любовью помогала

К храму находить дорогу,

И надеждой согревала,

Отгоняя прочь тревогу.

В суете проходят даты —

В жизни всё неповторимо...

Счастлив тот, кто хоть когда-то

Сам любил и был любимым!

* * *

Я не был в жизни слеп.

Меня в огне крестили.

Хватало мне на хлеб,

И женщины меня любили.

Дней лишних не припас —

Привыкну к укоризне.

Пусть свет исчез из глаз,

Но не исчез из жизни!

Мне утренней звездой

Дарован этот жребий,

Чтоб грешный и земной

Я жил с тоской о небе.

 

Рука — в руке

Незабываемая поездка

Одним из приоритетных направлений социальной политики нашего государства является решение проблем инвалидов. Всероссийское общество слепых, куда входят и слепоглухие, защищает интересы незрячих и  слепоглухих, оказывает им социальную поддержку, содействует их реабилитации и интеграции в общество. Значительная потеря слуха и зрения делает человека беспомощным, заставляет испытывать глубокую депрессию, страх перед будущим, и только пройдя реабилитацию, он кардинально меняет своё мировоззрение. Жизнь обретает новый смысл. 

Так произошло и с нами, орскими слепоглухими из организации «Преодоление». От отчаяния и депрессии мы шли к пониманию того, что даже при самой тяжёлой инвалидности можно жить полноценно. Подтверждением  является наше участие в XII Европейской реабилитационной и культурной программе, организованной обществом слепоглухих Баден–Вюттемберг и Союзом пасторской заботы о слепоглухих. Активно содействовали этой поездке и сделали всё, чтобы она состоялась:  С.А. Сироткин, президент Европейской организации слепоглухих; сотрудники международного отдела Всероссийского общества слепых; руководитель общественной приёмной полномочного представителя президента Российской Федерации в Приволжском  округе по Оренбургской области в Орске Н.Н. Шапошников; начальник управления соцзащиты населения администрации Орска Р.А. Палатова; начальник орского аэропорта С.Н. Сухарев; директор турагентства  «Аэлита» Л.Н. Токарева;  сотрудники посольства Германии.

Итак, 1 августа. Все тревоги и волнения позади, мы держим курс Москва  — Мюнхен — Штутгарт — Тюбинген. В Домодедово наша группа по линии ВОС объединяется: это 8 человек из Москвы,  Новосибирска, Орска. Четверо петербуржцев летят самостоятельно. Отдельную «команду» из 11 человек по линии Всероссийского общества глухих возглавляет Н.Б. Кремнёва. Нам предложили оформить багаж до гостиницы в Тюбингене, чтобы путешествовать комфортно. Что мы и сделали. Были приятно удивлены, что работники аэропорта хорошо знают, как работать с такой категорией инвалидов. Когда мы приземлились в Мюнхене, то нас уже ждали сотрудники авиакомпании, которые предложили перемещаться по аэровокзалу в маленьких автомобильчиках на 4 человека. Мы с восторгом отправились в путь. Я, конечно, старалась обращать внимание, на то что сделано для удобства инвалидов: нигде нет ступеней, выступов, лестниц. Пол идеально ровный. Вместо лестниц — эскалаторы. Вывески написаны крупными буквами с подсветкой. С помощью  указателей можно легко ориентироваться. В Германии существует специальная служба помощи инвалидам, хотя само это слово там неприемлемо. Нас  на автобусе доставили к самолёту самыми первыми. Во время полёта  из иллюминатора удивительно красиво смотрелись  небольшие города, утопающие в зелени.

45 минут полёта — и мы в Штутгарте. Нас встретил сам руководитель проекта Петер Хепп с супругой. Я была просто поражена, поняв, что он тотально слепоглухой. Восхищаюсь мужеством этого человека,  организовавшего такое крупное мероприятие на европейском уровне! Нас пригласили в автобус, и мы опять были приятно удивлены: низкие ступени  облегчают не только вход, но и въезд инвалидной коляски. Сиденья из мягкого бархата, приятная прохлада, работает кондиционер.

Наконец мы в Тюбингене. После регистрации и отдыха в гостинице «Госпиц» отправились в спортклуб, в котором состоялась встреча слепоглухих, приехавших со всей Европы. Мы радостно приветствовали друг друга, интересовались, кто из какой страны,  какие проблемы со зрением и слухом, чтобы знать, как общаться. У слепоглухих несколько вариантов общения: голосом – если собеседник слышит с помощью слухового аппарата; жестами – если он не слышит, но немного видит и владеет жестовым языком; рука в руку – если полностью лишён зрения и слуха. Всего приехали 139 участников. Ощущения от встречи не передать – дух единства, сопереживания, понимания, поддержки сопровождал нас. Вместе мы были сильны перед  страшным недугом. Каждый из нас являл пример мужества и стойкости, прошёл  тяжкий путь потери зрения и слуха, не сдался, искал выход из этого тупика, победил и теперь помогает другим быстрее реабилитироваться и найти своё место в жизни. Я обратила внимание на то, что европейцы даже с полной потерей зрения и слуха полны оптимизма. Как они пояснили сами, государства заботятся о них: оказывают финансовую поддержку, созданы центры реабилитации для слепоглухих, загородные места для компактного проживания такой категории инвалидов и многое другое.  Кстати, бельгийцы, получившие от государства большую сумму денег на участие в таком форуме, пожелали поделиться свободными средствами со слепоглухими из других стран, оказав им, таким образом, материальную помощь. Увы, среди желающих её получить были и россияне, так как они приехали на это мероприятие за свой счёт. 

Дни были расписаны по минутам. Рядом с нами постоянно находились переводчики с немецкого, английского, русского и, конечно же,  тифлосурдопереводчики. До каждого слепоглухого доводилась подробная информация в доступной для него форме.

Необычайно интересно была составлена программа экскурсий. На них было разрешено всё трогать, ощупывать. Запомнилась прогулка по  городу  Тюбингену и его окрестностям, особенно посещение  Швабского культурного центра. Местный Университет со дня своего основания в 1477 году во многом определял развитие города. Его госпитали не только дают работу множеству людей, но и привлекают пациентов и гостей отовсюду. Здания невысокие, четырёхэтажные, окрашены в белый или светло-бежевый цвет, создают единый архитектурный ансамбль. Окна выполнены в евростиле, но только деревянные, пластик отсутствует вообще. Крыши островерхие, коричневые. Удивляюсь просто стерильной чистоте улиц, отсутствию бродячих животных, если кто-то и прогуливается с собакой, то она обязательно на поводке.  Со слов гида узнаём, что мэр  состоит в партии «зелёных», а это значит, что приоритетными направлениями его политики являются экология и здоровье горожан. И не дай Бог, если кто-то из горожан позвонит мэру и скажет, что ему не нравится вода в кране. Проверку  произведут срочно, и если сигнал был правильный, то меры к тем, кто проявил служебную халатность, самые суровые.

Следующее путешествие было в Ульм. Главная достопримечательность  родины Альберта Эйнштейна — самая высокая в мире колокольня местного собора: 161,53 м. Посетителям предоставляется возможность подняться по 768 ступеням на высоту 143 м и полюбоваться открывающимся удивительным видом на город и его окрестности. В уникальном музее культуры хлеба мы узнали очень много интересного об истории хлебопечения и значении этого продукта для человечества. Там есть и  экспозиция, посвящённая блокаде Ленинграда. В завершение экскурсии мы собственноручно для себя создавали хлебное чудо под руководством опытных пекарей. Я сожалею, что в нашем зерновом Оренбуржье нет подобного музея.

Посещение Вюрмлингерской часовни оставило неизгладимый след в памяти. За два часа мы преодолели 8 км, начиная от рыночной площади, мимо замка Гогентюбинген, горного природного заказника с богатой фауной и флорой, до старинной часовни с погостом. Когда я поинтересовалась у проводника, зачем  слепоглухим такая длинная пешая прогулка, это же очень тяжело, он ответил, что для инвалидов нет ограничений ни в чём, они должны жить полноценной жизнью, а если устанут, внизу есть автобус. Честно скажу, эти километры дались трудно, все устали, но никто не сошёл с дистанции.

А вот романтическую прогулку по реке Некар мы совершили на яликах —  длинной остроносой лодке с удобными сиденьями, в которой помещается до 18 человек. В нашей оказались россияне и финны, мы прекрасно пообщались, расспросили друг друга о жизни инвалидов в своих странах. Выяснилось, что социальный работник в Финляндии, который обслуживает слепоглухого, получает достойную зарплату и путешествует по миру вместе со своим подопечным бесплатно.

Байрен — это оазис здоровья, один из самых красивых курортов Южной Германии, там имеются источники с горячей и холодной водой, термальный грот и комплексная сауна. Удовольствие от купания невозможно описать никакими словами — надо просто однажды попробовать.

Полюбовались мы и на красивейший водопад Бад Урах, спадающий с высоты в 37 метров, а затем по крутой террасе стекающий в живописную долину на окраине одноимённого городка. От автобуса мы шли 5 километров по заповедной зоне, затем преодолели сто ступеней крутого подъёма.  Дался он  очень трудно, казалось, что сердце выпрыгнет из груди. Когда подошли вплотную к водопаду, восторгу не было предела: низвергающиеся потоки воды переливались всеми цветами радуги! Даже тотально слепоглухие каким-то внутренним зрением смогли почувствовать эту неземную красоту. Бывают моменты, когда думаешь, что всё, конец. Но ползёшь вперёд. И только  сильным духом открывается радость жизни. Рядом со мной стояла Наталья Борисовна Кремнёва.  Я сказала ей: «Мы с тобой взяли ещё одну высоту», она радостно кивнула.

Вот и последний день пребывания на гостеприимной земле. По плану — свободный день. Можно отдохнуть или погулять, купить подарки друзьям и близким. В магазинах опять обращаю внимание на то, что сделано для удобства инвалидов: отсутствие ступеней от входа, внутри вместо лестниц — эскалаторы и лифты для инвалидных колясок, специальные туалеты и кабинки для примерки одежды, крупные надписи, исключительно вежливое обслуживание. Можно выбрать товар в разных отделах, сообщить рядом стоящему продавцу и идти дальше. Выбранные вещи доставят к кассе и всё упакуют в красивые пакеты. Вам останется при выходе заплатить.

Вечером банкет в старинном замке. Нам сообщили: если не будет дождя, то мероприятие проведут на открытой террасе. Погода не подвела, вечер был чудесный! Поднимаемся наверх и замираем от восхищения: столики стоят не на паркетном полу, а на газоне. Внизу открывается впечатляющая панорама. Ветви тропических деревьев свешиваются, образуя арку. Начинается праздник. Звучит музыка. Самый любимый танец, когда берут друг друга за плечи, имитируя паровоз. Всё смешалось, не понять, кто из какой страны, есть только один единый порыв быть вместе, жить дружно, по-добрососедски. Произносятся благодарственные речи представителей стран — участниц и вручаются подарки от каждой делегации организаторам мероприятия — Петеру Хеппу и его команде. В вечернее небо выпускаем разноцветные шары. У всех на глазах слёзы. Но мы не прощаемся, через год нас ждёт встреча в Финляндии: её Президент Тарья Халонен дала обещание профинансировать XIII Европейскую реабилитационную и культурную программу для слепоглухих, а также лично присутствовать на этом мероприятии.

Меня спрашивают, что полезного для своей работы я приобрела в этой поездке? Отвечаю: «В октябре в Орске состоятся выборы главы города. Если будет конструктивный диалог с властью, то начнём поэтапно осуществлять всё задуманное. В любом случае будем работать».

Валентина Серёгина,

Орск

 

В чём польза европейских «каникул»

Эти международные встречи слепоглухих людей по-другому называются «неделя реабилитации и культуры». Проходят они ежегодно в разных странах, и с каждым разом участников становится всё больше. Туризм вообще очень популярен, особенно среди молодёжи, а для людей с полной или частичной потерей зрения и слуха такие мероприятия становятся настоящей реабилитацией: они совершают длиннющие, многокилометровые пешие прогулки, поднимаются в горы, катаются на тандемах, танцуют… Так было в Германии. А 3 года назад в Норвегии слепоглухие  ездили на рыбалку и до сих пор с восторгом об этом вспоминают. В Чехии и Венгрии катались верхом на лошадях. То есть в каждой стране есть что-то своё в реабилитации инвалидов и это с огромным удовольствием «пробуют» участники из других стран. Главные проблемы слепоглухих — трудности в передвижении, общении, получении информации — есть во всём мире. Это общая беда, поэтому «каникулы» и призваны хотя бы раз в год дать людям возможность пообщаться друг с другом, оторваться от дома, привычной обстановки, попутешествовать. Наши слабовидящие глухие ребята уже второй раз участвовали в этих встречах. Они так здорово общались со своими сверстниками на жестовом языке! Хотя он имеет региональные различия, мы понимали и даже обучали национальным жестам друг друга, узнавая о жизни, системе государственной поддержки, даже о пенсиях. Это помогает нам в отстаивании своих прав и интересов. А ещё можно понаблюдать за поведением зрячих иностранцев. Мне, например, рассказала наша переводчица, что европейские сопровождающие никогда и никому ничего не говорят без перевода своему подопечному, даже если обращаются непосредственно к ним. То есть они не только стремятся дать всю информацию, но и предоставляют максимум самостоятельности как в ответах на вопросы, так и в остальном. Россиянам до них далеко… Но учить наших сопровождающих будем.

На следующий год неделя реабилитации и культуры пройдёт в Финляндии. Когда я спросила всех участников нынешних «каникул», хотели бы они туда поехать, все ответили так: «Да, очень хотелось бы, но…» Для нас участие в таких мероприятиях очень сложно. К сожалению, приходится добывать привлечённые средства или всё надо оплачивать самим, в том числе услуги переводчиков. У многих слепоглухих из Западной Европы  по два сопровождающих специалиста, которые сменяют друг друга. Кроме того, эти универсалы владеют ещё и английским. Это специалисты высочайшего класса. В России таких очень мало. Поэтому нам приходится думать об оплате отдельно переводчиков жестового языка и с английского. Всё это создаёт большие трудности. А ведь так хотелось бы, чтобы и наши ребята могли ежегодно выезжать на международные встречи слепоглухих, которые для всех — огромная психологическая поддержка. Удастся ли россиянам побывать на европейских «каникулах» 2011 года? Будем надеяться…

Наталья Кремнёва

 

Творчество наших читателей

На моём письменном столе лежат: грифель, прибор для письма по Брайлю и стопка листов плотной бумаги. Они постоянно нужны мне. Вот и сейчас появился повод написать что-то.

Начну с воспоминаний о событиях времён Великой Отечественной войны. Мне не надо напрягать воображение, всё — действительность...

ТРИ ВСТРЕЧИ С БРАЙЛЕМ

1942 год. Август. Мы с мамой на поселковом базаре. Для меня — праздник: мама купила мне морса на сахарине и варёного на молоке сахара. Вокруг нас одни женщины и дети. Мужчины, как и мой отец, воюют с фашистами. Мы увидели дяденьку, сидевшего на ящике. Рядом стояли женщины. На коленях у него лежала толстая книга без единой буковки. Он не смотрел в неё, а водил по ней руками.

Я потихоньку спросил у мамы: «Почему дяденька не смотрит в книгу?» И она прошептала: «Он — слепой». — «Почему такая большая книга без букв, а какие-то пупырышки?» — не унимался я. И тут дяденька, услышав наш разговор, сказал: «Эта книга - для слепых. Люди, лишённые зрения, читают такие книги пальцами. Буквы в них изображаются выпуклыми точками. Моя книга — особенная: я по ней гадаю, предсказываю судьбы людские. Этим зарабатываю себе на пропитание. Кто желает узнать свою судьбу, пожалуйста, обращайтесь. Моё гадание верное!..»

Одна женщина спросила, когда окончится эта проклятая война и вернётся ли живым её мужик? Лица женщин сделались напряжёнными, они придвинулись к предсказателю. Он молча перевернул несколько листов, его пальцы заскользили по точкам и он поведал взволнованным голосом: «Война ещё некоторое время будет идти и закончится полной победой над супостатами. Мужья обнимут жён, сыновья осушат слёзы матерей, отцы приласкают детишек. Ждите... Надейтесь...»

Лица женщин посветлели. Они совали деньги слепому. Мама тоже расплатилась, и мы пошли домой с надеждой, что отец вернётся с войны живым.

1945 год. Лето. Зимой 1943 года мы переехали в районный центр. В мае от ружейного выстрела я лишился зрения. Лечился в Саратове. Мама узнала, что есть специальная школа для слепых детей, но из-за слабого здоровья моё пребывание в интернате отложили. Адаптация протекала постепенно. Однажды на улице ко мне подошла женщина и спросила: «Мальчик, ты не видишь?» Я утвердительно кивнул. «Мой сынок тоже незрячий», — сказала она, вздохнув.

Я познакомился с Сергеем. Он учился в восьмом классе Саратовской школы. У него — каникулы, я в гостях у Серёжи. Он рассказал мне о школе, спел несколько песен под баян.

Но особенно запомнилось мне первое знакомство на ощупь с брайлевской книгой. Я впервые ощутил под пальцами шершавость выпуклых точек на страницах «Советского школьника», журнала для слепых детей. Мне так захотелось научиться читать самому! Я стал грезить школой.

1946 год. Конец августа. Над Волжским простором поплыл пароходный гудок. Мы с мамой плывём по Волге. В голове бьётся: «Еду в школу, там меня научат читать по точкам!»

Мы в Саратове... Старинное здание — моя школа. Вошли. И мама сдала любимое чадо с рук на руки воспитательнице. С этого дня начался отсчёт моего одиннадцатилетнего пребывания в стенах школы-интерната. Всё было сначала.

Первого сентября впервые сел за парту. В класс вошла моя первая учительница и красивым альтом сказала: «Здравствуйте, ребята! Давайте знакомиться. Меня зовут Любовь Лазаревна Славина. Мы будем вместе трудиться целых четыре года. Вы научитесь читать и писать на ощупь по рельефно-точечной системе. Придумал её французский учёный Луи Брайль, потерявший зрение ещё в детстве. Запомните, ребята, это имя. Его письменная система распространилась по всему миру, ей пользуются незрячие, живущие в разных странах. Овладев этой волшебной азбукой, вы сможете решать сложнейшие математические задачи, проникните в тайны разных наук, узнаете героическое прошлое нашей страны, познакомитесь с нотной системой и перед вами откроется музыкальный мир. А сколько книг вы прочитаете! И, может быть, кто-то из вас станет сочинять стихи и рассказы. Брайлевская грамотность широко откроет вам двери в мир природы и человека».

И наступил этот долгожданный час! Передо мной на парте волшебная книга — букварь. Я с волнением ощупал его и даже понюхал переплёт. Открыл... Провожу по точкам ищущими пальцами и мне так хочется поскорее проникнуть в тайну этих, пока ещё непонятных, выпуклостей! Через несколько уроков я уже читал букварь. Сердце моё купалось в радости: заветная  мечта — читать книги — сбылась. Много было потом учителей, любимых и не очень, но первую свою учительницу, открывшую мне тайну брайлевского шеститочия, я помню всегда и чту.

Сбылись её предвидения, что брайлевская грамотность даст мне единственную в своём роде возможность успешно учиться. В 40 — 50-е годы, когда не было ещё компьютеров, Интернета, диктофонов, мобильных телефонов, только она стала материально-технической основой получения знаний. Грифель, письменный прибор —  как орудия труда, интеллект — как процессор. Вот чем был вооружён незрячий студент-историк. Очень мало издавалось специальной литературы для высшей школы. Поэтому приходилось упорно трудиться на лекциях, в библиотеках, много писать — до мозолей. Однако эти примитивные трудности помогли выработать хорошие качества характера: трудолюбие, ответственность, стремление достигать цели.

Мои родители — рабочие с их уровнем развития 30-х годов прошлого века не смогли бы дать мне в домашних условиях знаний, полученных в специальной школе, где всё обучение базировалось на брайлевской системе. Я знал несколько человек, не имеющих зрение с младенчества, поступивших в школу из глухих мест, которых малограмотные матери держали на печках или в корзинах: они не знали, что делать с несчастными. Только школа, давшая брайлевскую грамотность, изменила их образ жизни.

В 1957 году я поступил в Саратовский государственный университет на исторический факультет. Получил специальность — учитель истории. 21 год преподавал в очно-заочной школе для взрослых слепых. Работал заместителем директора на предприятии ВОС. Изучив брайлевскую нотную систему, я овладел музыкальными инструментами — баяном и трубой, что позволило мне в разные моменты жизни работать баянистом и играть в духовых оркестрах. Одно время руководил кружком «Барабанщики и горнисты» в обычной школе. Я познакомил с азбукой Брайля отца и зрячих друзей и посылал брайлевские письма на Колыму, где он работал водителем-дальнобойщиком, и друзьям, призванным в армию.

В 2000 и 2005 годах вышли два моих сборника лирических стихов. Есть и проза. Печатаюсь в журнале «Школьный вестник». Небольшие статьи публикуют местные газеты.

В 2003 году стал призёром первого Всероссийского конкурса «Поэтическое ристалище» среди незрячих поэтов-любителей. В 2009 году победил в областном поэтическом конкурсе «Мужество. Стойкость. Преодоление», проводившемся в Калуге среди людей с ограниченными возможностями.

Можно бы ещё много чего рассказывать: ведь прожита большая, сложная жизнь, наполненная множеством событий — радостных и даже трагических. Что-то уже позабыто... Но встречу с первой брайлевской книгой — букварём, который я с трепетом в детской душе взял из рук моей первой учительницы, невозможно забыть!

Без этого памятного события жизнь моя, как я представляю сейчас, была бы однообразной, тусклой, незрячей. У моей души есть два крыла — поэзия и музыка.

Бог природы гаммой ощущений

Одарил меня и дал свободу,                          

Чтобы я посредством представлений

Понимал и чувствовал природу.

Философия моя простая:

Я не вижу, но живу в движении.

Книгу жизни бережно листая,

Я иду тропой воображенья.

Виктор Верхов,

Ермолино, Калужской области

 

Тифломир

ЗАЧЕМ СЛЕПОМУ КРАСОТА?

«Шикарные особняки, красивые женщины, дорогое убранство комнат… —  зачем ему это всё, если он не может видеть?» Такие мысли рождались у главного героя романа-притчи «Матадор поневоле» популярного мексиканского писателя Луиса Риверы. Мнение о том, что для слепых не существует такого понятия, как  красота, к сожалению, я не раз встречал и в повседневной жизни. Большинству кажется, что незрячему достаточно лишь тепла дома, и неважно, каков его интерьер. Ковёр на полу — это понятно, ногам тепло, а картина на стене — зачем? Ещё ему понятен сытный обед — вот, пожалуй, и всё. А если уж под рукой радио, «говорящие» книги или любое другое средство получения информации, то большего и желать не стоит.

Подобные суждения вызывают во мне обиду и грусть. Я убеждён, что слепому человеку абсолютно ничто не чуждо.  Например, до недавнего времени мне самому не верилось, что я могу рисовать. Решил попробовать: взял акварельные краски, лист бумаги, стаканчик с водой и стал пальцем пытаться изобразить цветок. Знаете, получилось. Конечно, не обошлось без ляпов: что-то размазал, иногда вместо жёлтой попадал в оранжевую краску, но, как сказал брат, это только придало шарма моему рисунку. Да, глаза человека не видят, постепенно стираются все оттенки предметов, размываются образы. Но зрение — это только одно из пяти органов чувств, с помощью которых мы получаем информацию об окружающем мире.  Сущность явлений  мы познаём не только глазами, но и  чем-то другим. Есть выражение: «открылось второе дыхание». Почему не может иметь право на существование выражение «открылось второе зрение», чаще называемое внутренним? Помните, как у Сергея Наровчатова в стихотворении «Слепая девушка»:

    Цветы в венок ложились всё дружней,

    Один оттенок краски брал в другом.

    Какое чувство подсказало ей

    Не ошибиться в выборе своём?

До недавнего времени моя семья жила в доме, точнее, времянке, в которой не было элементарных удобств: за водой нужно было идти к колонке на улицу, следовательно, сколько воды принесёшь, столько же потом нужно вынести. На моих плечах эта работа не лежала.  Выходит,  мне и там жилось  хорошо: над головой  крыша, выходить на улицу за водой и в зной, и в стужу мне не требовалось. Значит, меня всё должно было устраивать и  в тех условиях. Однако это не так. Сейчас мы живём в квартире, где есть все удобства, и, честно говоря, я просто отдыхаю душой, зная, что маме и брату не надо выбегать на улицу, но я подчеркну ещё раз: в моей жизни, строго говоря, ничего не изменилось…

  Однажды  приятель, расписывая  привлекательность своей девушки, обронил фразу, что для меня, мол, это  неважно,  ведь  всё  равно  я не вижу. Пытался с ним поспорить: во-первых, считается, что каждый красив по-своему, и если мне нравится кто-то, то совсем необязательно, что он нравится всем остальным. Во-вторых, существует пословица:  встречаем по одёжке, а провожаем по уму. Её придумали зрячие. Выходит, что главными остаются всё-таки душевные качества человека. И, наконец, в-третьих,  учёные установили, что у каждого из нас есть свой запах, своя аура, и вероятность возникновения симпатии друг к другу во многом зависит от этого.

В Древнем Риме существовало выражение «хлеба и зрелищ». Наверное, оно актуально для любой эпохи. С «хлебом» всё понятно, а вот «зрелища»… Неужели слепые люди в них совсем не нуждаются? Неужели им  не нужны театры, музеи, даже просто кино? Нет, неправда.

В нашем городе есть прекрасный драматический театр. Много лет, поддаваясь сомнениям, я не  ходил туда, хотя за репертуаром следил, знал о новых постановках. Примерно год назад друзья купили билеты на спектакль «Царская охота», и я попал в театр. Признаюсь, волнение было: а вдруг  не пойму происходящего на сцене? Вдруг что-то упущу, ведь много комментировать в тишине зрительного зала невозможно?  Могу сказать сразу: опасения были напрасны. В первую очередь, меня поразила сама атмосфера театра, дышится там совершенно иначе, даже воздух наполнен ожиданием встречи с прекрасным. На протяжении спектакля звучало много музыки. Я уверен, что слепые  слышат музыку по-особому:  зрительное восприятие  отсутствует, значит, ничто не отвлекает, и звуковая информация, будь то музыка или сцены из спектакля в данном случае, воспринимается глубже. То же самое можно сказать и о кино. Во-первых, я никогда не говорю «слушать фильм», произношу, как все: «смотреть». Конечно, может быть, в этом есть доля привычки из «прошлой», зрячей жизни, но я могу вас заверить, что в особо драматические минуты фильма я смотрю на экран. Пусть  не вижу всех чувств, переживаний на лицах актёров, и очень многое из-за этого теряю, но слушаю их диалоги, в которых тоже, хотя и в меньшей степени, отражаются все эмоции.  Мне кажется, что на слух даже острее чувствуется уровень игры актёров.

Наверное, кто-то может мне возразить, что и театр, и кино — это искусство, которое можно воспринимать на слух, а вот живопись уж точно не для слепого. В чём-то этот человек будет, конечно, прав, но я могу вам сказать, что бываю и в музеях, и не только краеведческих, но и изобразительного искусства. Правда, придерживаюсь двух правил. Первое: прежде чем идти в музей, предварительно знакомлюсь  с творчеством художника, чьи картины выставлены. Второе: никогда не экономлю на экскурсоводах.

Чувство прекрасного, потребность в красоте живут в каждом из нас. Да, человек не видит картины, скульптуры, но кто-то, находящийся рядом, может их описать, и в воображении появляется образ, пусть не совсем точный, не совсем совпадающий с оригиналом.  А самому рисовать, лепить, согласитесь, можно  не только с натуры, но и с помощью фантазии.

НА РАСПУТЬЕ

В романе мексиканского писателя Луиса Риверы я встретил ещё одну интересную мысль, которая порой всплывает в памяти и сейчас, когда я читаю уже другие книги. Герой романа, и я вслед за ним, спросил у себя, что лучше: быть слепым, но добившимся успехов в жизни, или зрячим, но посредственным человеком. Мы часто задаём себе вопросы, у которых есть два варианта ответа. Это похоже на распутье, от которого уходят вдаль две дороги. В нашем случае первая  — это жизнь слепого человека. Каждый шаг мучителен и труден, даже что-то незначительное и несложное превращается в испытание,   но в конце пути он приближается к мечте. Второй маршрут — жизнь зрячего человека, ни к чему не стремящегося. Его ценность лишь в том, что он пусть и бесталанен, но всё-таки видит. В романе  Мопассана «Сильна как смерть» есть такие строки: «… эти люди… живут рядом со всем, что есть в мире, но они ничего не видят и ни во что не вникают: они живут рядом с наукой, в которой ничего не смыслят, рядом с природой, которую не умеют разглядеть, рядом — только рядом — со счастьем, ибо они не могут наслаждаться чем бы то ни было, рядом с красотой мира и с красотой искусства, о которых они толкуют, хотя не умеют их раскрыть… не способны заинтересоваться чем-то настолько, чтобы их озарило счастье познания».

Я не хочу кривить душой и говорить, что непременно выбрал бы первый вариант. Нет, это не так. В жизни привыкаешь ко всему, даже слепоту порой перестаёшь замечать, смирившись. Но иногда так хочется видеть, просто закрыть глаза на мгновение, а открыв их, обозреть всё-всё вокруг себя. Не скрою, я делал так, пусть даже это и наивно. Очень хочется иногда выйти из роли реалиста и побыть романтиком, верящим в чудеса. В школьные годы мы все писали сочинение на тему: «Если бы я был волшебником…» Мне же хочется помечтать о том, что бы я сделал в первую очередь, если бы вернулось зрение. Наверное, сначала  собрал всех своих близких  и долго-долго смотрел  на них. Не знаю, как другие слепые люди, но я живу в безликом мире. Стираются даже те лица, какие я видел до потери зрения, к тому же и люди, к сожалению, стареют, дети взрослеют, всё меняется. Когда я ослеп, моему брату был всего один годик, сейчас  он восемнадцатилетний юноша. Как ни стараюсь, не могу  мысленно нарисовать его портрет, хотя я знаю, какие у него глаза, нос, овал лица. Людей, с которыми познакомился  будучи слепым, почти не представляю. Большую роль в формировании образа играет голос и руки человека, но и это может быть  ошибочным представлением: мелодичный, мягкий  голос, так же  как и тонкая кисть руки, у меня ассоциируются с хрупкой женщиной. Но этот образ не всегда совпадает  с реальным портретом, описанным  сопровождающим.

 Что-то я ушёл от ответа на вопрос. Наверное, потому что очень хочу видеть, но  не желаю быть посредственностью. Да, моё сердце сразу встрепенулось, узнав первый вариант ответа, но потом  пришли сомнения. Открыл бы я для себя и полюбил бы так, не потеряв зрение, книги, поэзию? Начал ли сам писать стихи?  Научился бы  чувствовать каждый звук в музыке, ассоциативно проживать услышанную мелодию? Так, как  об этом  тонко сказала Ахматова в стихотворении «Музыка»:

В ней что-то чудотворное горит,

И на глазах её края гранятся.

Она одна со мною говорит,

Когда другие подойти боятся.

Когда последний друг отвёл глаза,

Она была со мной в моей могиле

И пела, словно первая гроза,

Иль будто все цветы заговорили. 

Одним словом, я остаюсь на распутье и пока не могу дать ответа на этот сложный вопрос. Его же я задал членам нашей МО ВОС, людям, состоявшимся в жизни, и они не смогли найти однозначного ответа. Они не скрывали, что и у них бывают минуты отчаяния, когда очень хочется видеть. У одного из них вообще мой вопрос вызвал смех и недоумение. По его мнению, ответа просто нет. Он считает, что человек, у которого есть руки и ноги, к тому же он видит и слышит, не должен быть посредственным, он просто обязан к чему-то стремиться. Но это, конечно, в идеале, а в жизни-то всё не так.

Кто-то из читателей может меня обвинить в частом обращении к  книгам, в том, что я «примеряю» мысли героев на себя. Да, это так. Книга для меня — это мир, в котором я не слепой, мне всё видно и доступно, и когда я встречаю мысли, созвучные  моим, не могу пройти мимо. Вот ещё один пример: слепой герой рассказа В. Шаламова «Крест» нашёл спасение от слепоты в снах. Отвечая на вопрос сына, почему он так много спит, говорит: «… ведь во сне-то я вижу». Правда, неплохая альтернатива? Ведь, как известно, во сне мы проводим около трети жизни. Честно говоря, прочитав этот эпизод, я испытал чувство зависти, потому что для меня сны спасением от слепоты не являются. Сны я, конечно, вижу, но остаюсь в них слепым, как и наяву. Может быть, так происходит из-за того, что точное представление о каком-то предмете или явлении уже размылось. Лица людей, даже родных, я тоже во сне не вижу. Просто знаю, что это тот или иной человек. Иногда мне кажется, что слепой вообще не может видеть во сне. Говорю только о своих ощущениях, потому что один мой знакомый, давно потерявший  зрение, видит сны, и даже цветные. Я цветные сны  не вижу. Светоощущение у меня осталось, я очень благодарен за это судьбе, а вот цветовых ощущений почти лишён. Большинство цветов, например, красный или зелёный, живут во мне, основываясь на зрячем отрезке жизни. Красный связан с образом спелого помидора, а зелёный, наверное,  как у всех, с травой, листвой. Жёлтый ассоциируется с автобусом, который курсировал по улицам Ставрополя  в те годы, когда я ещё видел. Труднее дело обстоит с оттенками.  Например, бирюзовый и представить не могу. Летом мама купила платье такого оттенка, мне пояснила, что оно зеленовато-голубое. В отдельности я эти цвета ещё могу представить, но соединить в один не получается. Зрительно я едва различаю лишь всё те же синий и жёлтый цвета. Очень они мне помогали в школьные годы на уроках геометрии. Учился я на дому, брайлевских учебников у меня не было. А решать геометрические задачи, не представляя и не различая треугольники, параллелограммы, трапеции,  невозможно. Поэтому мы с учительницей, пользуясь деталями  детского конструктора, выкладывали разные фигуры. Эти детали были синие и жёлтые. С помощью осязания и чуть-чуть зрения я представлял то, что мы строили на столе.

Таким образом, опираясь на свои ощущения,  я пришёл к выводу, что человек не может представлять цвета, если он не видел их до потери зрения или вообще родился слепым. Я попытался найти подтверждение или опровержение этого мнения у людей, невидящих с рождения. И оказалось, что это действительно так. Они знают, что существуют разные цвета, но представить их не могут. Как им только не объясняли: разделяли цвета на теплые и холодные — от синего веет холодом, а красный пышет жаром, — но моим собеседникам это не помогло. Некоторые люди, в том числе и слепые, обладают сверхвозможностями, они могут с помощью осязания различать цвета. Говорят, такие способности можно развивать. Я провёл два эксперимента: в первом    разложил на столе листы цветной бумаги и  несколько секунд держал ладони на каждом. Но ни цветового, ни температурного понимания не произошло. А ещё я заходил в комнаты, обои в которых различаются по цвету: в одной — они желтоватые, в другой — голубоватые. К сожалению, результат оказался тем же. Что же делать слепым людям, желающим, чтобы их окружали разные цвета, а не одна лишь мгла? Тем, кто хотя бы некоторое время видел, надо почаще представлять цвета, даже просто фантазировать. Тем, кто не видит с рождения, тоже не стоит унывать, надо жить, используя язык зрячих, знать, что синий — цвет неба, жёлтый — цвет песка и одуванчиков. Пусть эти люди никогда не видели ни неба, ни одуванчиков, а лишь знают обо всём со слов зрячих. А кому-то помогут и сны.

В общем, мои рассуждения —  о том, что жизнь прекрасна во всех проявлениях, и если человек лишается одного из органов чувств, то он переходит как бы в другое измерение, где свой язык, но тот же самый мир, что один на всех. Просто каждый познаёт его по-своему. А он, независимо от этого, открывается тем, кто его любит.

Дмитрий Гостищев,

Ставрополь