Общероссийская общественная организация инвалидов
«Всероссийское ордена Трудового Красного Знамени общество слепых»

Общероссийская общественная
организация инвалидов
«ВСЕРОССИЙСКОЕ ОРДЕНА ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ ОБЩЕСТВО СЛЕПЫХ»

 

Кроме представленных материалов, вы сможете почитать в номере:

Мы и общество

Веха большого пути. — Т. Федотова

65 лет Великой Победы

Три повода для праздника.— Н.Зайцева

В правлениях и местных организациях

Лидер.— Н. Цыбикова

Личность

Музыкальная терапия. — Е. Федосеева

Не хлебом единым

Призёры международного фестиваля. — Н. Гилёва

Творческая высота

Кудесник слова. — Н. Васильева

Бамбуковая удочка. — Л. Авксентьев

Экстрим слепых

Давайте познакомимся!

Домашний калейдоскоп

 

 

 

Смешинки

Зоя Шишкова

* * *

Собака тяжело вздыхает —

Её опять не понимают,

Свободы, воли не дают —

Что ж, хорошо ещё не бьют!

Вот под окном проходит кто-то,

А шевелиться неохота.

И в теле лень, и в мыслях лень,

И этот длинный, длинный день

Воспринимаю, как во сне я.

Но надо как-то дальше жить:

Варить, стирать, звонить, спешить,

Борьбой пренебрегать не смея.

Короче, жить не кое-как,

А также понимать собак.

Леонид Стариков,

Пермь

Первая рыбалка

В Сибири рыбачат и летом, и в стужу,

О рыбе, рыбалке всегда разговор.

Там сызмальства дети стремятся к тому же,

И я порыбачить хотел с ранних пор.

За нашею баней, в кустах и осоке,

Ржавело болотце стоялой водой,

Вокруг без умолку трещали сороки,

А воздух над ним весь звенел мошкарой.

Нашёл как-то раз старой сети обрывок,

К болотцу принёс и к кусту привязал,

Надеясь поймать там хоть несколько рыбок,

И с этой надеждой домой побежал.

А утром с рассветом, лишь только проснулся,
Помчался скорей проверять свою снасть,
На кочке босою ногой поскользнулся —
Гнала, торопила рыбацкая страсть.

Я с бьющимся сердцем к воде потянулся,

Дрожащей рукой свою сеть приподнял...

О радость! В ней окунь чуть-чуть трепыхнулся,

Его вместе с сетью к груди я прижал...

Спустя много лет мне сказали, что тёти,

Рыбёшку подсунули в сетку мою...

Ту детскую радость года не сотрёте —

Я первую помню рыбалку свою!

 

 

ПОЭЗИЯ

В Глазове вышла в свет книга под названием «Мир един для всех», в которой опубликованы стихи детей-сирот и детей-инвалидов Удмуртии.  Председатель жюри конкурса, член Союза писателей России Леонид Фёдорович Смелков говорил о том, что конкурс оказался настолько интересным, что президент Удмуртии Александр Волков выразил благодарность его организаторам и профинансировал издание книги. А ещё написал тёплое приветствие детям-творцам, с которого и начинается уникальный сборник.

Марьям Абашева, 15 лет,

Глазовский район, деревня Кочишево

Моя деревенька

Стоит моя деревня на пригорке,

Двенадцать улиц выстроились в ряд.

Любимый край! Ведь это та же горка,

Где ты катался часто и был рад.

 

Здесь дом родной, и мама рядом,

Здесь сердце отдыхает от обид.

Клонясь от ветра за оградой,

Кудрявая берёзонька стоит.

Диана Ананьина,13 лет,

село Грахово

*  *  *

Если хочешь быть румяным

И сиять, как люстра,

Ешь в столовых регулярно

Пирожки с капустой.

*  *  *

До-ре-ми-фа-соль-ля-си!

Едет Ваня на такси.

Нет у Вани ни рубля,

Лишь в кармане нота «ля»!

Анна Главатских, 10 лет,

посёлок Кез

Родина

Моя республика, Удмуртия моя!

Тебя люблю, родная сторона.

Здесь птицы весело в садах поют,

Цветы в лугах красивые цветут,

Леса могучие встают стеной,

И реки радуют голубизной.

Дороже и прекрасней края нет.

И слышен детский смех и там, и тут.

Все это — моей Родиной зовут!

 

 

 

Дискуссионный клуб

 

ПРАВО НА ОБИДУ

Осенью в Ставропольском крае, как обычно, проводился месячник «Белая трость». Его  цель известна — привлечь внимание общественности к проблемам инвалидов по зрению. Одна молодёжная городская газета тоже решила отдать дань этой теме, написать  зарисовку о слепой девушке или парне. Выбор пал на меня. Не скрою, волновался: мой привычный круг общения — это  близкие люди, члены МО ВОС, сотрудники нашей библиотеки. В данном  случае ко мне домой должна была прийти незнакомая зрячая девушка. Не могу сказать, что я  замкнутый человек, ведущий домашний образ жизни. Просто было немного страшно показаться закомплексованным, неинтересным.

 Встреча состоялась в назначенное время, журналистка задавала  вопросы, я отвечал. Возможно, этим бы всё и закончилось, она написала бы заметку, я бы купил газету и прочитал её, но… Уходя, девушка предложила на выходных зайти за мной и немного вместе погулять. Ещё сказала, что возьмёт с собой собаку, чтобы познакомить её со мной. Я с радостью согласился. Признаюсь, два дня до выходных  прожил, мысленно готовясь к этой прогулке. Представлял, как она пройдёт, продумывал, как мне себя вести, что говорить, что делать. С тростью я не хожу, передвигаюсь по городу с помощью сопровождающего, поэтому мне, наверное, пришлось бы иногда держать девушку под руку или хотя бы ощущать её руку в своей. Мне рисовались разные препятствия: а вдруг на пути попадётся большая лужа или  на тротуаре будет стоять машина, и нам придётся её обходить? Не хотелось показаться беспомощным и жалким. Представлял, что нам встретится кто-то из друзей и увидит, что я иду со зрячей  незнакомкой. Одним словом, в те дни я жил  надеждой на эту прогулку. Спрашивал себя: ждёт ли она нашей встречи или уже пожалела, что поддалась порыву великодушия?

Прошла суббота, потом воскресенье. Но она не пришла и даже не позвонила… Во мне родилась обида, я пытался всё время её заглушить, но она только разгоралась. Можно ли в чём-то обвинить девушку? И да, и нет. Да, потому что её никто не заставлял предлагать мне прогулку, она могла бы выполнить редакционное задание и всё, ушла бы из моей жизни навсегда. А нет, потому что не каждый в нашем обществе способен идти вместе со слепым  или сопровождать человека в инвалидной коляске. Мать, отец, бабушки, дедушки с раннего возраста учат маленького ребёнка читать, писать, считать, но мало кто учит сочувствовать переживаниям других. Почти всегда, когда со мной сталкиваются зрячие, в первую очередь, они видят во мне инвалида, и сразу у них возникает некое предубеждение. Я абсолютно не осуждаю этих людей, наверное, в тот недолгий отрезок жизни, когда я имел зрение,  рассуждал  бы точно так же. Если же человек  встречает другого, имеющего  недуг без внешнего проявления,  он  будет к нему относиться как к равному  или нет? Что же делать, чтобы не чувствовать этот барьер при общении слепого со зрячим?  Во-первых, мне кажется, мы должны быть  внимательны и приветливы. Во-вторых, обязательно следить за внешним видом, поведением. Лично мне в этом помогает брат. Недавно я прочёл несколько книг, герои которых были слепы. Одна из них — роман  Р. Киплинга «Свет погас». Главный герой, художник, теряет зрение в результате ранения. Читать было интересно вдвойне, потому что я мог глазами зрячего писателя посмотреть на то, как  выглядит  слепой. В одной из сцен герой, идя по комнате навстречу девушке, спотыкается и падает на колени. И он не встаёт, а начинает ползти и искать складку на ковре…  В другой сцене он пьёт чай с булочками, и девушка видит, как он неряшливо ест: весь воротник в крошках.

Эти эпизоды просто ужаснули меня, я стал тщательнее следить за своим поведением. Получается, что иногда мы сами виноваты в том, что вызываем в людях жалость или брезгливость. А ещё инвалиды по зрению должны постоянно развиваться: следить за новинками литературы, кино, быть интересными собеседниками. После этого случая я спросил у своего зрячего брата, который учится в 11 классе: а согласилась бы какая-нибудь из его одноклассниц пройтись по городу со слепым парнем? Что он ответил, догадаться  несложно. Почему девушке не стыдно идти рядом с подвыпившим молодым человеком, обращающим на себя внимание всех прохожих, а с незрячим — она постесняется? Может быть, потому, что её не поймут и осмеют подружки, будут коситься прохожие? Возможно, она боится привязаться,  не планирует  общее будущее. А насколько  вообще распространены браки, в которых один супруг не видит? Знакомясь с восовскими периодическими изданиями,  узнаю, что такие союзы есть, но среди моих друзей и знакомых они — редкое исключение. В основном, оба супруга являются инвалидами по зрению. Хотя есть, конечно, такие пары и в нашей организации.

Почему  одни люди не ограничивают поиск своей второй половинки и отсутствие зрения не мешает им найти спутника  среди зрячих, а другие идут по жизни с человеком, имеющим такие же проблемы? Кто-то вообще остаётся одиноким... Отдельное место занимают случаи, когда семья создаётся  до несчастья, приведшего к слепоте, и ей или ему приходится выбирать:  разделять или нет дальнейшую жизнь. Знаю случай, когда жена после потери мужем зрения, забрав сына, ушла  от него навсегда.

Перебирая в памяти семейные пары, в которых один из супругов не видит, я убедился в том, что, как правило, этот человек является сильной личностью. Об этом же когда-то мне говорила одна моя знакомая. По её словам, если молодой человек знакомится с девушкой и всё время говорит о своих проблемах, он ей быстро наскучит. Получается, что нам нужно отбрасывать уныние. Надо стараться быть не только не хуже зрячих, но даже лучше, успешнее в любой сфере жизни. И некоторые из слепых этого добиваются:  заслуженный учитель России И. Труфан,  мастер спорта по шахматам  А. Гимадеев, массажист и бард В. Климов. И всё-таки я считаю  спутниц незрячих мужчин настоящими героинями! У Мопассана есть рассказ «Калека», его герой задаётся вопросом: «…Допустимо ли женщине предложить то, что не выносишь сам?»  Я с этим согласен.  Честно говоря, мне хотелось написать о каждой из них, но ни одна не разрешила, сказали, что сами героинями себя не считают. Уверен, что их мужья так не думают.

…Примерно через месяц  девушка-корреспондент как ни в чём ни бывало вновь мне позвонила. Она, наверное, уже не помнила о том своём предложении.  Но я-то не забыл! Поэтому, недолго поговорив на отстранённые темы, мы попрощались. Кто-то может обвинить меня в злопамятстве, и знаете, возражать не буду. Да, обида осталась. Но в то же время меня мучает вопрос: имею ли я на неё право?

Дмитрий Гостищев,

Ставрополь

 

 

Рука — в руке

 

ДЕСЯТЬ ЛЕТ РАБОТЫ НА ПОЛЬЗУ ЛЮДЯМ

Санкт-Петербургскому региональному отделению общества социальной поддержки слепоглухих «Эльвира» исполнилось десять лет. Собрание, посвящённое этому событию, открыл член совета Игорь Никитин. Поскольку юбилей пришёлся на дни празднования 65-летия Победы в Великой Отечественной войне, он поздравил с этой знаменательной датой ветеранов, жителей блокадного Ленинграда, тружеников тыла, которых немало и среди членов «Эльвиры».

Об истории движения слепоглухих в России рассказал Андрей Марков. Её начало относится к середине XIX века. Именно тогда появляется первая благотворительная организация, призванная оказывать помощь детям с глубокими нарушениями зрения и слуха. Особую роль в её создании сыграла Е. Грачёва, дочь банковского служащего. Её младший брат страдал тяжёлым заболеванием и не мог ходить. Екатерина Константиновна ухаживала за ним. После его исцеления она решает посвятить себя оказанию помощи «тяжёлым» детям. С этой целью  открывает специальный приют. В 1898 году его преобразуют в «Братство во имя Святой Девы Марии».

Первым ребёнком, которого Екатерина Константиновна взяла на своё попечение, была парализованная слепоглухая девочка Шура,  а в 1905 году в это же учреждение приняли слепоглухого мальчика Алексея Федосова. Наблюдая за ними, Екатерина Константиновна пришла к выводу о необходимости специального обучения.

Приват-доцент медицинской академии М. Богданов-Березовский, подготовивший несколько публикаций об успешном обучении слепоглухих детей, поместил в 1908 году в газете «Новое время» статью под названием «Душа в темнице», в которой рассказал о нелёгких условиях существования воспитанников Санкт-Петербургского приюта и призвал общество помочь им. Со всех концов страны и из-за рубежа стали поступать пожертвования. Первоначально было собрано около 400 рублей. Затем графиня М. Милютина передала 550 рублей и обещала ежегодно предоставлять такую же сумму. Ещё больше средств — 1500 рублей — поступило из наследства графа Н. Протасова-Бахметева. Церковь принимала активное участие в сборе пожертвований: однодневный сбор прошёл во всех храмах. Отдельные церкви получили право делать это регулярно. Кружки для денег  установили на всех вокзалах Санкт-Петербурга.

В начале 1909 года появилась инициативная группа по созданию организации, призванной оказывать помощь  этим тяжёлым инвалидам. 15 мая 1909 года Санкт-Петербургский градоначальник утвердил  Устав Попечительства о слепоглухих в России. В  нём говорилось, что для малолетних открываются школы, приюты, убежища и выделяются средства их семьям.  Для взрослых, которые могут работать, учреждаются мастерские,  богадельни, предоставляются дешёвые квартиры.  Начинают действовать курсы по подготовке учителей.  Оборудуются  больницы и амбулатории для лечения болезней ушей у слепых и глаз — у глухонемых.

Первым председателем нового общества стала графиня О. Голенищева-Кутузова, а заместителем — М. Богданов-Березовский.

Летом 1909 года педагоги М. Захарова, Ю. Якимова и О. Хейкинен по собственной инициативе отправились в города Венелсборг (Швеция) и Новавес (Германия), где  познакомились с опытом обучения слепоглухих. Профессор П. Лесгафт и доктор А. Владимирский прочитали цикл лекций об успехах  в этом процессе.

Данные сообщения вызвали живой интерес. В этом же году Е. Грачёва выпустила брошюру-воззвание «Он слеп, он глух, он нем». В 1910 году переведена на русский язык книга американской слепоглухой Элен Келлер «Оптимизм».

Для выявления детей с нарушениями зрения и слуха  по всей Российской империи были разосланы опросные листы. Из 33 губерний получили сведения о 761 человеке,  226 из них были в возрасте от 1 года до 20 лет.

Зимой 1909 — 1910 годов трёх малышей взяли на попечение общества и начали обучение в  специальном детском саду, которым руководила М. Захарова.

В августе 1909 года у приюта появляется  помещение на Фонтанке, 133. В конце этого года в нём воспитывались уже 7 человек. Возглавила его  Мария Афанасьевна Захарова, которая стала там педагогом. Обучение велось по устному методу с использованием дактилологии.

В 1911 году открывается второе отделение. Приют в Санкт-Петербурге был первым учебным заведением подобного рода в России. Именно здесь проходил практику студент психоневрологического института — впоследствии профессор Иван Афанасьевич Соколянский,  ставший  одним из основоположников отечественной сурдопедагогики.

После Октябрьской революции благотворительная деятельность была запрещена. Попечительство  прекратило существование. Воспитанников  перевели в орфо-фонетический институт, затем — в институт слуха и речи. Здесь под руководством профессора Августы Викторовны Ярмоленко велись исследования по психологии и педагогике. Эта группа существовала до Великой Отечественной войны. К сожалению,  её не успели эвакуировать из блокадного Ленинграда,  все дети погибли. Научная и практическая работа приостановилась.

В настоящее время она возрождается. О том, как это происходит в Санкт-Петербурге, какие задачи при этом ставятся, рассказала в своём докладе председатель совета отделения «Эльвиры» Юлия Кончакова.

Родоначальником этой работы  в современной России является Сергей Алексеевич Сироткин, один из четверых слепоглухих, окончивших в 70-е годы прошлого века факультет психологии Московского университета. Руководил обучением этих студентов последователь И. Соколянского, доктор психологических наук Александр Мещеряков, который и благословил С. Сироткина на дальнейшую деятельность.

В 1978 году по предложению председателя ЦП ВОС Бориса Владимировича Зимина был создан сектор слепоглухих, основная задача которого заключалась в том, чтобы изучать их реальные нужды. Тогда же по инициативе заместителя председателя ЦП ВОС Анатолия Михайловича Кондратова образован специальный совет  при президиуме ЦП ВОС.

В 80-е годы провели первую перепись этих инвалидов. В результате выявили 1350 человек. Для начала работы такого количества было достаточно.

В 1980 году на Сарапульском производственном объединении «Радиотехника» был создан участок для слепоглухих, который с того момента стал  центром  всей работы с ними.

В 1990 году провели переучёт этой категории инвалидов, в результате выявили 4000 человек с нарушениями зрения и слуха. В 90-е годы при Волоколамском центре реабилитации появляется отделение для них, которое существует и в настоящее время. В 1992 году создаётся общество социальной поддержки слепоглухих «Эльвира», которое  работает в тесном контакте с ВОС.

Сергей  Сироткин со временем становится членом Европейского Союза Слепых. А в настоящее время — и  президентом Европейского союза слепоглухих.

Что же происходило в Санкт-Петербурге? В конце 1999 года из Москвы пришло письмо, в котором рекомендовалось создать в городе отделение общества «Эльвира». 28 декабря 1999 года состоялось собрание. Выступил тогдашний председатель правления Петербургской организации ВОС Л. Матвеев. Он приветствовал эту инициативу  и пожелал  успешной работы новой структуре. Она тогда насчитывала 20 человек.

Уже в самом начале стало ясно, что работа предстоит объёмная и  должна вестись по нескольким направлениям. Одно из преобладающих — обеспечение техническими средствами реабилитации. Для слабослышащих, которых большинство в «Эльвире», это слуховой аппарат, телефон с усилителем, сигнализаторы световые и вибрационные; вибробудильники.

Но тут начались проблемы. Самой фундаментальной из них является отсутствие статуса слепоглухого человека в России, что не дает ему возможности  отстаивать свои права на обеспечение  новейшими средствами реабилитации. Кроме того, в нашем городе нет медицинского учреждения, наподобие Московского «Отофона», которое оказывает  слепоглухим  помощь в этом направлении. До 2008 года комитет по социальной политике Санкт-Петербурга выделял небольшую сумму на приобретение слуховых аппаратов, телефонов и других технических средств. Однако в настоящее время такое финансирование прекращено. С одной стороны, из-за кризиса. С другой —  из-за отсутствия в бесплатном федеральном перечне многих современных  тифлосредств. В городском сурдоцентре и отношение к инвалидам по зрению и слуху, и качество предлагаемых услуг по слухопротезированию оставляют желать лучшего.  Цифровые аппараты по-прежнему для многих малодоступны.

Другим  не менее необходимым техническим средством является телефон с усилителем. Но и здесь нельзя утверждать, что проблема решена. До недавнего времени качественные телефонные аппараты, отвечающие современным  требованиям, выпускала фирма "Alfa-tel". В настоящее время  она прекратила существование. Поиски других производителей пока ни к чему не привели. Ведь при выборе телефонного аппарата имеет значение то, как человек слышит звонок и каков звук голоса при разговоре. Эту задачу надо решать.

Следует сказать и о роли системы Брайля. Казалось бы, в условиях ухудшения зрения и слуха её значение очевидно. И в Волоколамском центре реабилитации этому уделяется большое внимание. В нашем же отделении процент владеющих рельефно-точечным шрифтом невелик. Тем не менее, некоторые не только знают его, но и активно пользуются. Три человека даже принимали участие в конкурсе брайлистов, который недавно проводила  местная организация незрячих специалистов.

В настоящее время всё активнее входят в нашу жизнь и компьютеры. В подавляющем большинстве случаев это касается тех, у кого сохранился остаточный слух, позволяющий пользоваться электронным синтезатором речи, или остаточное зрение для чтения информации с экрана.

Брайлевский дисплей, который на самом деле является наиболее приемлемым техническим средством, для многих по-прежнему недоступен. Тем не менее, сегодня компьютеризация пронизывает буквально все сферы нашей жизни. Именно поэтому в институте «Реакомп» организованы  специальные курсы.

Наше отделение не остаётся в стороне от  культурной жизни города. Так, мы приняли участие в праздновании 300-летия Санкт-Петербурга, 85-летия ВОС, юбилеев выдающихся деятелей культуры: 100-летия со дня рождения певицы Клавдии  Шульженко, 80-летия со дня рождения поэта Андрея  Дементьева.

Особенно важно привлекать к работе молодёжь,  расширять общение, проводить  спортивные мероприятия.

В заключение торжественной части заместитель председателя Санкт-Петербургской региональной организации ВОС Леонид Александров вручил председателю нашего отделения  «Эльвиры» Юлии Кончаковой почётную грамоту за большой вклад в социальную реабилитацию лиц с глубокими нарушения зрения и слуха.

Затем был концерт. Члены «Эльвиры» пели песни, читали стихи. Незабываемое впечатление оставило стихотворение «Солдаты», которое прочитал Анатолий Пограницкий, а также песня И.О. Дунаевского «Молчание», которую  исполнила Александра Понтюхина.

Андрей Марков,

 Санкт-Петербург