Общероссийская общественная организация инвалидов
«Всероссийское ордена Трудового Красного Знамени общество слепых»

Общероссийская общественная
организация инвалидов
«ВСЕРОССИЙСКОЕ ОРДЕНА ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ ОБЩЕСТВО СЛЕПЫХ»

Реабилитация и мы

 

Занятие творчеством – лучшая реабилитация

 

Ленинград-Петербург у нас привычно именуется «культурной столицей России». Так что в очередную командировку, на этот раз в «северную столицу», я отправлялся с определённым настроем. Предлагаю вашему вниманию репортаж о людях, с которыми мне удалось встретиться в доме культуры  питерской городской организации ВОС. Мой первый собеседник директор центра культурно-спортивной реабилитации инвалидов по зрению Санкт-петербургской региональной организации Всероссийского общества слепых Спеваков Борис Александрович.

 

- Дом культуры как таковой уже существует свыше 40-ка лет. А до этого мы отмечали 80-летие Дома просвещения для слепых. На мой взгляд, это уникальное учреждение, и уникальное оно своими людьми, которые преданы своему делу и любят искусство. У нас несколько драматических коллективов. Это замечательный театр «Слово», которым руководит изумительная актриса Зоя Соколова, которая свыше 40-ка лет отдала театру Ленинского комсомола. Сейчас она инвалид второй группы. Это театр, который ставит классические произведения, в основном. в их репертуаре Гоголь, Чехов, Тэффи. Совсем недавно они поставили Василия Макаровича Шукшина. Замечательный спектакль в связи с юбилейной датой. Выступают не только на нашей сцене, выступают в местных организациях, на городских площадках. Они заняли на православном фестивале первое место. Далее литературная студия Людмилы Белеховой. это любовь к произведениям чтецкого характера. Это Бунин Иван Алексеевич. Причем существует свыше 10-ти лет в городе общество любителей прозы и поэзии Бунина. И приходят к нам из этого общества люди и рассказывают, что именно в нашем сценическом варианте, в нашей подаче им произведения Бунина нравятся в наибольшей степени. Даже приглашали на радио. Далее молодежный театральный коллектив. Называется он «Восход». Руководит им Виталий Такс. Тоже актер. Это пока еще очень молодой коллектив. Они поставили пока только два спектакля. Первый по произведениям Жванецкого. эти миниатюры имели большой успех в зале. Но фурор был после премьеры спектакля «Ограбление в полночь». Играют совершенно незрячие люди. Там только двое слабовидящих людей. Но там такая динамика и выстрелы, и канкан. И никто ни за что не задевает, никто ничего не роняет. Просто отработано, отточено великолепно. И вот эта динамика просто поразила всех, присутствующих на этом спектакле. А на этом спектакле присутствуют не только инвалиды по зрению и их родственники, но и приходят люди, кто полюбил наш Дом культуры за его гостеприимство. У нас обязательно каждую субботу в 14 часов происходит бесплатно какое-то действо.

Я могу сказать, что проходя после каких-то мероприятий в сторону гардероба, люди даже подчас, бывает, не знают меня. Говорят: насколько хорошо провели время. Насколько хорошо, говорят выступают  незрячие люди.

Наши люди выступают на городских площадках. Это не всегда дома дневного пребывания. Нас приглашают в другие Дома культуры, мы выступаем среди зрячих. мы их приглашаем, естественно, к себе. И когда мы получаем благодарности, когда действительно люди искренне пишут о том, что им вот это понравилось и хотелось бы увидеть еще раз наши коллективы, то, естественно, это вносит какую-то светлую струю в наши действия. людская благодарность, теплые слова, по-моему самое-самое дорогое, что… Ради чего стоит жить.

– Какие еще коллективы у вас?

- Музыкальные. Это хор ветеранов, которым руководит Алексей Артамонов. Очень образованный человек в  музыкальном плане. У них довольно богатый репертуар. Существует коллектив, руководимый Сергеем Викторовичем Ковалевым. Этот коллектив в основном занимается классическим вокалом, то есть правильной постановкой голоса. Они приурочивают свои выступления к знаменательным датам. Будь это Шуман или Шуберт, Скрябин или Алябьев. Это обязательно какой-то юбилейный концерт, причем исполняются произведения и на немецком, и на итальянском языке. И обязательно рассказ о творчестве того или иного композитора. Мы участвуем в общероссийских мероприятиях «Подмосковные соловьи». Они уже неоднократно выезжали, и приводили дипломы второй, третьей степени.

Кроме того, два эстрадных коллектива. Один коллектив, маститых исполнителей. Когда-то гремевший коллектив под управлением Владимира Сапогова. Назывался он «Спектр-62». они играют произведения Кожлаева, Пожлакова, Сфасмана и Кублинского.

И молодежный коллектив, тоже эстрадный. Называется он Даниэль Дефо. Руководителем его является Данила Большаков, человек с абсолютным слухом. Они играют на различных инструментах гитары,  синтезаторы, терменвокс, на флейте, и на электровиолончели. В прошлом году делали ирландское шоу, и их потом приглашали в несколько престижных клубов города. Их исполнительница закончила иняз и поет на английском языке ирландские песни.

Теперь немножко другая сфера. Инвалид по зрению Роман Корнатко ведет GPS-навигацию. Он занимается пространственным ориентированием с нашими людьми, которые записываются в очередь на эти курсы. Они имеют большой успех. Потому что мегаполис есть мегаполис, и GPS-навигатор, действительно очень помогает правильно ориентироваться.

Еще один коллектив. Называется он «Масштаб плюс». Руководит им тоже инвалид по зрению Андрей Гусев. Начиналось все с велотандемов. Они от Выборга доехали до Хельсинки на велотандемах. зрячий ведущий и незрячий велосипедист. Ну а дальше больше. Они  занимаются на скалодроме. И в позапрошлом году они   покорили вершину Эльбруса.  были  на Казбеке. И все это действительно зафиксировано у нас в видеороликах. Сейчас в связи с тем, что будет годовщина, победы над фашисткой Германией, они готовятся объехать памятные места на велосипедах тандемах. Вот такой коллектив. Ну, спортивные секции, это плаванье, шахматно-шашечный клуб этюд, ведет его замечательный педагог Владимир Александрович Киселев. Это и русские шашки, и шахматы, и стоклеточные шахматы. Мы проводим различные турниры, выезжаем на Россию. Михаил Борисов шашист наш знаменитый когда-то чемпион мира.

 

Мой следующий собеседник - директор театра «Слово» Соколова Зоя Дмитриевна.

 

- Я актриса. 40 лет проработала в театре. После театрального института,  уехала на север в Мурманск по приглашению главного режиссера Исая Борисовича Шохита. 4 года там проработала, а потом вернулась в Ленинград, меня взяли в театр Ленинского комсомола, где я еще 36 лет проработала. Работала хорошо, хотя особых званий не завоевала. Но дело не в этом.

– Какие роли вы играли?

 – В самом начале, конечно, всех молодых героинь. Такой был хороший-хороший спектакль «В старой Москве», поставил это еще не очень известный Саша Белинский, Александр Аркадьевич Белинский, который ныне большой уже специалист в этой области.  Это по Герману. много советских пьес. «Проводы белых ночей», у нас шли «С любимыми не расставайтесь». Такая была пьеса, которая и сейчас идет, и в Москве, и здесь у нас в Петербурге. Я играла там судью. 17 сезонов шел спектакль, можете себе представить. Такой был спектакль замечательный «Роман и Юлька». Это тоже по… 15 сезонов шел. Там я играла журналистку.

– А как вышло, что пришлось уйти из театра?

– Вдруг один глаз вышел из строя, потом другой. Делали несколько операций. Шесть операций я перенесла. Один глаз у меня все-таки видит, хотя у меня есть лупы всякие разные, монокуляры и прочее-прочее. Поэтому пришлось уйти из театра. И мне вдруг позвонили И предложили организовать театр. Я говорю: Ну, я попробую. Потому что я актриса. И Началось строительство вот этого театра, которому в этом году как раз исполняется 15 лет. Вот сейчас мы делаем концерты уже юбилейные, у нас на большой сцене будет такой большой концерт с участием всех. У меня 18 человек сейчас. Вот Ниночка, которая совершенно незрячая, она играет, например, «Попрыгунью» Чеховскую. Моноспектакль я сделала. мы ставим два стула, и я обозначаю: вот это дом, вот это набережная, вот это корабль, Вот здесь ты выходишь. здесь она переодевается. надевает шляпку, потом снимает ее там, и так далее. То есть Она даже очков не носит. У нее глаза такие ясные, светлые. У меня сейчас пять человек, которые все 15 лет ходят. Я говорю: начнем с Пушкина. Я вообще пушкинист в таком самодеятельном плане, конечно. И у нас первая программа называлась «Учимся читать Пушкина». Мы сделали инсценированную сказку «О золотой рыбке», сделали «Домик в Коломне». Потом взялись за Гоголя. Потом у нас был Чехов, потом Толстой. 300-летие Петербурга у нас было в 2003-м году. я выбрала материал, музыку. у нас есть замечательные, замечательные незрячие музыканты. такая семейная пара Клюшины Оксана и Эдик. Он незрячий, Оксана кончила консерваторию, у нее тоже проблемы с глазами. Они делают фон какой-то, где нужен музыкальные паузы и прокладки. И, в общем, я так увлеклась этим, что забыла про свои глаза. В том смысле, что Я вижу. Ну, у меня в тумане. Так меня и прозвали – ежик в тумане. Но я если очень близко, то я могу увидеть.

– То есть занятие этим кружком, этим театром, помогло вам психологически?

– Абсолютно. Абсолютно. Потому что вначале конечно сами понимаете… меня пьяный человек нечаянно вытолкнул на асфальт из троллейбуса, когда забыл, что он должен выходить. Он как пуля вылетел, и я упала головой. Было сотрясение. Говорят, что вроде это тоже сыграло свою роль. Но кто его знает. Во всяком случае, знаете Хотя я имею инвалидность, но я не считаю себя инвалидом, потому что я хожу на концерты, на выставки со своим монокуляром, это такая вот труба… Ну, она как бы не подзорная, а именно на один глаз. Это мне сын купил в спортивном магазине, между прочим. Вот буквально два дня тому назад я была в Союзе художников на выставке моей знакомой художницы. Я езжу за границу. Я за это время была во многих странах. Например, в прошлом году в Италии. Причем, Поехала одна, а там присоединилась к группе. То есть я чувствую себя абсолютно полноценным…

И это помогло мне преодолеть мои проблемы. я  прихожу сюда в театр как в свой родной дом. У нас коллектив совершенно потрясающий. у нас каждый год новая программа. Шукшин. На будущий год 40 лет, как его нет с нами. Мы в него влюбились. То есть я-то давным-давно в него влюблена, как в писателя. И всех, так сказать, влюбила в этот материал. И у нас большая была программа, замечательная. Миша Щербаков Баянист незрячий человек сделал музыку.

– Когда вы принимали театр, какие сложности испытывали поначалу?

 – Я прямо сразу сказала, что я не режиссер. Я актриса, и буду делать это, как бы я сделала, понимаете. Иногда я им что-то показывала или наговаривала. Все-таки нас учили хорошие мастера, Сережа Юрский учился после меня. Поэтому школа была.

Сейчас я делаю программу на следующий сезон где-то весной мы это покажем. Называется «Жизнь артиста». Это Островский Александр Николаевич, пьесы о театре, об артистах. «Лес», «Счастливцев – Несчастливцев», понимаете эта сцена. Потом «Таланты и поклонники», «Донна Пантелеевна» и Негина, дочь Сашенька. Я кстати в институте 20-летняя играла Донну Пантелеевну. Играла в Островском Варвару. и когда мы заканчивали институт мой профессор говорил: Зоечка, весь Островский ваш. Ну, одно дело пожелание учителя, а другое дело действительность. но я немного играла в Островском, все-таки кое-что. И «Без вины виноватые». Я сейчас чувствую, что они созрели для этого,  уже могут одолеть это. Тем более я всегда говорю: Если они не дотянут, то дотянет автор. Но они, мои дорогие, любимые артисты с таким увлечением работают. Мне же надо обязательно для каждого, чтобы подходил материал. Я же не буду на сопротивлении давать им.

 

Чувствуется, что талантливый педагог и организатор может часами с упоением говорить о своём театре и обожаемых актёрах.

 

- Вчера у нас был концерт. Они приходят нарядные. у нас, Зоя Матвеевна Фролова, ей уже 85 исполнилось. Она паричок одевает, такое платье красивое, концертное, и выходит. Она тоже инвалид, у нее вторая группа. Или Валентин Георгиевич Иогансон, Я говорю, слушайте, а давайте сделаем монолог «Скупого рыцаря». Он говорит: Ну, так я же такой простак, я же не могу такие драматические вещи. Я говорю: Давайте попробуем. И он так это сделал. У меня материал был. Он сделал плащ, сам сшил себе берет. И выдавал это прекрасно. И сейчас он репетирует Счастливцев. И я думаю, что он очень хорошо это сделает. Потому что они репетируют, и они получают сами такое удовольствие. Вот это настоящая реабилитация. И для меня реабилитация.  У нас же Центр культурно-спортивной реабилитации.

– Незрячие актеры по своим творческим возможностям не уступают зрячим актерам?

– Вы знаете, я вам даже так скажу. Вот приходят ко мне мои подружки. Я все-таки много лет проработала в театре, я дружу с Ларисочкой Маливановой, с Танец Пелецкой. И более молодое поколение приходит ко мне на концерты, и они удивляются этой отдаче, понимаете. Конечно, некоторые не дотягивают до профессионального  уровня. Один не очень способен, но хочет, другой более способен. А есть люди, которые, я считаю, что Если бы они занимались этим делом с самого начала, они бы могли быть актерами. Главное, надо подобрать материал, который подходит к этому человеку. И потом вытянуть из него все, что он может. когда я с ними работаю, Я в них верю, и чтобы они в свои силы верили, что они артисты. Вот артисты, и все. сейчас пришли двое ко мне совсем новенькие. одному за 80, но выглядит потрясающе. И оказывается он служил во флоте северном в те годы, когда я была там на севере, представляете.. Так они когда пришли,  смотря на репетицию, как это все происходит. И  говорят: Слушайте, у вас просто настоящие артисты тут работают. А мы-то сможем ли? Я говорю: Сможете, сможете! Я уже нашла материал, Чеховский. Вот они вдвоем будут делать «Размазню». Такой есть рассказ.

 

Из театральной студии я отправляюсь на разговор в класс вокала. Им руководит Сергей Викторович Ковалёв. Прошу рассказать его о своей студии.  

 

- Мы избрали такую стратегию каждый год делаем две новые программы. Одну русского композитора, второго западноевропейского. сейчас мы готовим концерт Брамса. это год 200-летие Верди и Вагнера. 200 лет Даргомыжскому. Мы подготовили программу, посвящённую романсам Даргомыжского, голоса у нас разные. Я здесь недавно работаю, три года. предыдущий педагог, она делала упор на ансамбле. Она не развивала их индивидуальных каких-то исполнительских качеств. И поэтому так сложилось, что люди музыкальные, с одной стороны. С другой стороны, они не выявлены, потому что все-таки человек невидящий, инвалид по зрению, он все время живет с какой-то внутренней опасностью вроде боится оступиться. И поэтому, когда он начинает петь, у него внутренняя боязнь присутствует. Когда они выходят кучкой,  двое-трое человек поют, им вроде кажется: Ну, вот мы все вместе. Когда человек выходит один, ему уже становится страшно.  Потому что когда человек играет на каком-то инструменте, он за скрипочку уцепился, там как-то рояльчик стоит. А ту вышел – ничего нет. У него только голос. Поэтому, психологические такие моменты, и их преодоление очень важно. есть хорошая, театральная такая вещь, когда людям говорят, что вы пытайтесь свое волнение вложить в волнение своего героя. И поэтому когда, например, человек исполняет какое-то произведение, там его героиня например, любит или страдает, то ты вложи свое волнение в это страдание, и тогда человек как-то преодолевает.  тогда он уже начинает думать о другом. Не о том, как ему страшно.

 – Как к вам попадают люди? Вы берете всех желающих?

- Пока всех. Но сейчас классический вокал, он ну так, уходит на второй план. Люди, особенно молодежь любит петь эстраду. Поэтому те девочки или мальчики, которые хотят петь классику – это просто единицы. Либо они, например, где-то  учились, вот как, например, Даша. Она закончила Герценовский институт, там училась петь. Или например сейчас мы занимались с мужчиной, он никогда не пел. Ну, вообще с мужчинами, с ребятами сложно, в общем. Они как-то, так вот исторически сложилось, что пение, в основном – это все-таки удел женских голосов.

– Незрячие артисты, в чем их особенность?

- Есть положительные особенности, а есть отрицательные. Из положительных можно отметить, что они, как правило, очень хорошо слушают. очень чутко и интонационно. Например, они слушают очень внимательно сопровождение.

из отрицательных вещей, вот эта какая-то внутренняя…  боязнь. Приходиться много работать, чтобы эмоционально их как-то раскрепостить.

Тут, понимаете, еще есть разница. Люди, которые, например, от рождения не видят и люди, которые потеряли зрение с возрастом – это разные, так сказать, эмоциональные типы. Потому что, человек, который потерял зрение с возрастом, конечно, ему сложно, но он все-таки адаптирован к жизни. Он представляет, как солнышко светит, как все это выглядит. И ему в этом отношении проще. Хотя вот у меня есть такая Аня Фомина, она настолько адаптированная, я вот как-то слышу, она опаздывает. Бежит кто-то по коридору, вот человек совершенно не  видит и бежит, понимаете.

 

Я подхожу с микрофоном к пришедшей на занятия студентке. Знакомьтесь Дарья Усанова.

 

– Что вы сейчас проходите?

- Я недавно здесь занимаюсь, с сентября месяца. И сейчас мы проходим произведения Брамса. Хотелось бы научиться чтобы правильно владеть своим голосом, и как-то его получше раскрыть, управлять им. Здесь очень интересно. Я очень много нового узнала, несмотря на то, что я до этого училась уже в университете Герцена.

Я педагог музыкальной школы. Вот такое педагогическое образование у меня. У нас там тоже и вокал был, и фортепиано. Но больше направленность педагогическая была. И вокала там как бы не было, возможности детально все это проходить, как хотелось бы. Просто там времени  очень мало уделялось вокалу.

– То есть здесь фактически, ваша мечта сбывается?

Усанова: - Ну, да, потому что здесь я могу Что-то узнать, освоить. Так что очень нравится.

– Мечта какую партию исполнить?

- Что-нибудь из Моцарта, наверное. Хотя я пела уже. Но еще хотелось бы…

– Спасибо большое. Занимайся тогда. Успехов.

 

Здесь в доме культуры работает специалист, который отвечает именно за социально-культурную реабилитацию. Это Иванова Елена Михайловна. Прошу её рассказать о специальных программах, которые организует  центр.

 

- Три года назад на базе нашего центра культурно-спортивной реабилитации для инвалидов по зрению была разработана программа, которая называлась «Город в твоих руках». в этой программе было два направления. первое  – это работа с музеями., чтобы для людей с полной потерей зрения были созданы особые условия, чтобы им разрешали смотреть руками музейные ценности. конечно, далеко не все музеи на это пошли, и мы очень благодарны тем музеям, которые действительно нас правильно поняли и сделали такие особые программы, особые экскурсии для наших экскурсантов незрячих. Это замечательный музей Анны Ахматовой в Фонтанном доме. Это музей истории музыки в Шереметьевском дворце.  Исаакиевский собор принимал нас, такую экскурсию музей городской скульптуры. Ну, а второе направление проекта – это открытое пространство городское. В последние годы с начала перестройки в городе появились скульптуры, которые доступны человеку, которые стоят не на высоких пьедесталах,  а как правило прямо на земле. И, изображают не великих людей, а простых смертных. Вот у нас одна экскурсия тематическая была: «Памятники петербуржским профессиям». Она была автобусная. Мы переезжали с одного района города в другой и, можно сказать, держались за руку. Даже иногда и обнимались с петербургским фонарщиком, петербургским водовозом.  Даже есть у нас такая интересная скульптура, это уже совершенно наш современник – человек с ноутбуком. Такая тема у нас была.

 И еще у нас есть два замечательных пространства, небольших по размеру, но очень насыщенных интересными вещами. Это, во-первых, мини-город. И еще парк современных скульптур в университетском дворе. Там как раз можно провести замечательную экскурсию для незрячих людей, и рассказать, что такое реализм, что такое сюрреализм  в скульптуре. Как выражается чувство юмора именно в скульптуре. Ну, вот такие  у нас были тематические экскурсии в рамках проекта «Город в твоих руках».   

– Какие эмоции  вызывали эти культурные объекты у ваших людей, для которых вы организовывали экскурсии?

- Вы знаете, воспринимали как дети, в совершенном восторге. Смотрели очень долго. Ну вот, например, в университетском дворе, там около кафедры фонетики стоит улитка. Пока все изгибы этой раковины улитки они не прощупали, не провели своими пальчиками, пока каждый не насладился, мы оттуда не ушли. Мы долго-долго-долго ходили по этому университетскому двору. Но и соответственно, когда мы знакомимся, например, с великими архитекторами, построившими памятники в Петербурге, там мы ведем себя, конечно, немножко более сдержано. Но тоже интересно они спрашивают: а вот что это такое? Это кружева такие, да? Ой, а на камзоле это что, такой рисунок, да? То есть, в общем, вот такое познание происходит не только мира сегодняшнего, но и мира исторического. И с большим удовольствием к этому относятся наши незрячие экскурсанты. Ну, правда, такое можно сделать только в хорошую погоду. Конечно, когда холод и дождь к бронзе прикасаться очень трудно. Но часто когда люди занимаются культурной деятельностью, действительно забывают о своем недомогании.

Реабилитация и мы

 

Не надо бояться реализовывать свои желания

 

Мы встретились с Еленой Яковлевой, библиографом редакционно-издательского отдела издательского комплекса «Логос».

 

- Я студентка университета Московского имени Ломоносова. Я родилась в Смоленске. Закончила Первый интернат для слепых детей.

- То есть у вас по зрению проблемы с детства?

- Да, врожденно. А после того, как родители решили перевести меня в московскую школу, я приехала в Москву. Я тех пор я всю жизнь живу в Москве.     

В 2009-м году муж умер от рака. Он долго болел. Через что мы прошли, это даже трудно передать. Первый год после смерти мужа я смотрела фильмы. Я могла смотреть по пять фильмов за один день. Потом валилась спать. Тоска была такая, которую словами просто не выразить. Мы очень любили друг друга. И эта потеря, она никогда не будет ничем не заменима, никем не заменима. Я здесь была просто одна, одна во всем городе. И по прошествии года такой жизни. Я собралась с силами. Я выбрала дело. Муж был очень ярким человеком, муж был необыкновенным человеком. И мне в память него не хотелось превращаться в ничтожество. Он очень много в меня вложил.

Мы не просто теряем кого-то, а любимых людей. И жизнь после этой потери прежней уже не будет, жизнь будет другая, это совершенно точно. Вот здесь все-таки в наших руках. Хватит ли сил, хватит ли решимости, памяти о человеке, который был с тобой рядом. Я хочу помочь другим людям, чем могу.

Я поступила очень поздно в университет, мне было 32 года. Побыла замужем, и учиться так я как-то вроде порывалась, но жизнь была настолько хорошей, что было не до серьезной работы. Все было прекрасно. А потом мужа не стало, и вернулось желание учиться. Я осталась одна, детей у нас нет. И я принадлежала сама себе, и мне нужно было очень срочно какое-то дело. Я на тот момент работала в «РИТе» секретарем. Я ушла с работы и стала готовиться. Я год готовилась не поднимая головы, сдавала ЕГЭ в университет.

Учусь на историческом факультете, третий курс. Изучаю помимо истории языки: итальянский, французский. Я собираюсь писать диплом, связанный с русско-итальянскими отношениями.

Проблема основная для меня стояла – написание письменных работ, докладов. Поскольку пишешь доклад или курсовую на безе источников и историографии. В электронном варианте книг нет, и на руки книги не получить. Вот для меня это основная трудность. Мне приходится ксерить. Я, конечно, невероятное количество денег потратила на всякие ксероксы. Значительное количество книг, учебников есть в интернете.

- А для освоения языков что интернет?

- Электронные словари. Есть озвученные. Учебники по итальянскому, учебники по французскому. Есть такой сайт замечательный, там, где все можно качать. Рутрекер.орг. И там даже вот недавно выделили отдельной темой итальянский язык. Я качаю какую-нибудь книгу, чтобы была аудиозапись и текст. Я слушаю книгу, если я не совсем понимаю, то я сверяюсь с текстом. Я стараюсь читать на итальянском оригинальную литературу.

- Я знаю, что у многих незрячих и слабовидящих очень плохо с социализацией, трудно им ступить в контакт со своими однокурсниками и так далее.

- Мне очень повезло, у меня очень хорошая группа, у меня друзья, ы общаемся, мы помимо университета ездим в разные места. Летом ездили в усадьбы под Москвой. Поскольку помимо истории мы учим языки, то группы маленькие, у меня группа 8 человек. Не со всеми, конечно, сложились теплые очень отношения. Но со всеми дружелюбные.

- Может быть, немножко по поводу студенческой жизни? Что необходимо человеку среди зрячих людей, довольно молодых.

- Да хорошим человеком надо быть! Надо знать одну вещь – ни от кого ничего ты не скроешь, если ты плохо видишь – людям это быстро понятно. И если ты будешь сам стесняться то тебя будут просто жалеть. И хорошего из этого не будет. У меня были сложности с преподавательницей по языку. Она очень сильный преподаватель, и она, в общем, и человек оказалась хороший. Ну, никак она не могла понять, что я плохо вижу. Она пишет на доске, говорит мне: Читайте. А я не читаю. Я ей говорю: Не вижу. И этого не надо стесняться,  я говорю как есть. Я читаю с лупой. Мне задавали вопросы: А вот нельзя ли, допустим, только очки? И только лупа. Я говорю: Нельзя. И чем мы будешь спокойнее относиться к тому, что вот каков ты есть, тем буду спокойнее относиться ребята, преподаватели. Если ты нормально отвечаешь, если ты хорошо читаешь, если ты работаешь на занятиях, всем, в конце концов, все равно, как ты это делаешь. Важен результат.

- А начитанность среди студентов ценится?

-  Да, конечно. Кто-то, скажем, очень хорошо знает английскую литературу, кто-то русскую классику, кто что. Но если ты элементарными знаниями не владеешь, не читал хрестоматийную литературу, людям это странно, и тебе дадут это понять.

-  Как надо выглядеть, чтобы не казаться убогой окружающим?

- Понимаете, университет всегда было такое заведение, где, в общем-то, встречали не по одежке. В университете дурной тон одеваться в шикарные меха, носить драгоценности, это не поймут. Но также и дурной тон – ходить в чем попало. Одеваются так, у кого есть возможность, как и в чем ходить. Я думаю, что если ты будешь чистым, опрятным, аккуратным, то все будет хорошо. Если у тебя нет возможности покупать какие-то очень дорогие вещи, это неважно. Ну, конечно, если есть возможность воспользоваться чьей-то помощью, скажем, если это родители или друзья, очень хорошо, если подскажут, что идет, что хорошо по цвету, что к лицу, что не к лицу.

***

У нас с мужем было масса увлечений, было чем заняться. Мы познакомились, когда мне было 16. Моя мама говорила, что Денис меня вырастил.

Первый раз мы поехали с мужем в Италию, это был 2002-й год, у мужа друзья были в Италии, мы поехали на целый месяц, в гости, нас пригласили. Мы поехали на поезде, специально с тем, чтобы остановиться в Будапеште, там побыть какое-то время, посмотреть город. Мы пересели на поезд Будапешт – Венеция. Там как раз были друзья, мы пробыли в Венеции две недели, а потом две недели в Риме, там тоже были друзья.

Первое путешествие в Италию произвело очень сильное впечатление. Я действительно вернулась другим человеком, который понял что ли, что мир очень многообразен, что есть другой народ, есть другая культура. И это другое тоже хорошо и тоже интересно. Мы жили в настоящих итальянских семьях. И мы наблюдали их жизнь, наблюдали их быт, как они живут, что делают, что едят, что пьют. Это не то, что такая турпоездка, где тебя возят в автобусе. Я после того была в Венеции, раза три, и впечатление всякий раз очень сильное. Это Палаццо, это гондолы. Открылись горизонты. Я стала увлекаться искусством итальянским, ходить в Пушкинский музей на лекции по разным тематикам, обычно это европейская культура и искусство. Я вдруг увидела и поняла, как много всего, и как все интересно.

- Вы в этот итальянский мир несколько  раз окунались. Кругом только итальянская речь. Это вам  в освоении языка сильно помогало?

- Безусловно, погружение оказывает большое впечатление, оказывает большое влияние. Всякие там словечки, выражения они поступают к тебе в арсенал, это что касается языка. Что касается культуры. Я, например, после поездок в Италию стала есть оливковое масло. Начиная от каких-то таких мелочей и заканчивая знакомствами с людьми, обмениванием адресами, перепиской, общением. Большой спектр.

В Италии много музыки. А еще больше музыки в Индии. Там действительно поют все, там поют таксисты, поют люди на базарах. Музыкальная очень страна. В Индии я была вообще одна. Без всякой группы. С английским языком, конечно. Индия большая страсть, давняя страсть. Я очень готовилась прежде, чем поехать в Индию. Я сама разработала маршрут, я точно знала, что я хочу, какие города. Я была в четырех городах, в Дели, в Агре. Там, где знаменитый Тадж-Махал. В Джайпуре – это столица штата Раджастан, это просто вот такая самая Индия-Индия, яркая, красочная, музыкальная. И я была на Ганге, это город Варанаси. Это город-легенда, древний-древний. Я каталась на лодке по Гангу. Мне очень повезло, мне попался очень хороший лодочник, катал меня по Гангу больше часа, показывал, рассказывал.

Вода не очень чистая. Варанаси – священный город для индуистов. По поверью, по индуистской вере люди, которые желают закончить свою жизнь, закончить те самые круги перерождений, они хотят умереть в Варанаси и быть там кремированными. И на протяжение уже нескольких тысяч лет в Варанаси происходит кремация. Там специальные места, это происходит на открытом воздухе. Специальные так называемые гаты, ступени, где вот как раз все это происходит уже не одну тысячу лет. И останки, пепел сбрасывается в реку. Не надо думать, это никакая не экологическая катастрофа, это обычай, это традиция, это так положено по индуистской вере.

 

Все же нужно добавить, что обряд кремации и последующее сбрасывание недогоревших останков в Ганг вызывает неблагоприятную санитарную ситуацию. Так, пробы воды в Ганге выявили превышение допустимого уровня загрязнения в сотни раз.

 

- Я на первом курсе изучала историю древнего востока. Индию. И мне очень хотелось увидеть своими глазами, что я учу, понимаете. Моя профессия, она сопряжена с моими желаниями. Я изучаю историю этого народа, я хочу увидеть, как живет этот народ. Я хочу понять, почему они так делают. Соответственно, ну, начинаешь читать другие книги, помимо учебника, помимо лекций, начинаешь искать видео какое-то, искать фильмы. Ну, и наконец, наконец, когда уже все складывается и Богу будет угодно, ты едешь. И уже видишь своими глазами.

 

- Какие проблемы, когда ты язык знаешь, не на  пятерку. И к тому же еще зрение неважное, и кругом незнакомый город.

- Совсем без языка ехать, конечно, не стоит, но всегда нужно понимать, что вокруг люди, и как правило хорошие, доброжелательные люди. В Италии с этим особенно. У меня были ситуации, когда меня передавали из рук в руки, кто-то один мне что-то скажет, говорит: Ох, там, Лоренцо, иди-иди, вот тут девочка, иди проводи ее, вон там вон туда-то проводи. Лоренцо все бросает, прибегает: Ну, пойдем вон туда, мы с Лоренцо доходим. И тут вдруг, значит, Лоренцо кричит: Франческо, Франческо, иди сюда, проводи вот эту, вот она там ищет то-то, покажи ей. Не надо людей бояться, ничего никто с тобой не сделает. Не понимаешь – еще раз спроси. Люди рады поболтать, это не надо недооценивать, этим надо пользоваться, если хотите.

У меня первое время были проблемы, с самолетами. Я очень боялась сесть не на тот самолет. Мне кто-то посоветовал такую систему – когда приезжаешь в Москву, в аэропорт, идешь в медицинскую комнату. Показываешь билет, показываешь паспорт. И сообщаешь следующее: Вижу я плохо, лечу я туда-то, у меня пересадка там-то, пожалуйста, сообщите, чтобы там мня встретили и посадили на другой самолет. Ты только выходишь из самолета – тебя уже ждут. В охапку берут, ты идешь по зеленому коридору, твои сумки не досматривают. Очень быстро происходит следующая регистрация, там если она нужна, или ты проходишь снова контроль паспортный, если он нужен. Это происходит так быстро, тебя приводят просто к самолету. Ты ничего не ищешь, потому что, самолеты очень часто летят через большие аэропорты, скажем, через Франкфурт. И там заплутать – нечего делать. От такой помощи нельзя отказываться, этим нужно и можно пользоваться, люди помогут.

Я хочу сказать, что не надо бояться мечтать, не надо бояться реализовывать свои желания, потому что очень часто так бывает, что люди в силу, скажем, нехватки денег, или сложностей со здоровьем, предпочитают лучше отказаться от желаний, от надежд, нежели идти дальше, воплотить все-все. Жизнь разнообразна. И удивительна, как это не банально звучит.

- Я думаю, ваш рассказ многие послушают с интересом и, может быть, подумают – почему у нас так не получается.

- Начать стоит, скажем, с какого-то группового тура, где знание языка не обязательно. Ведь у меня речь идет о самостоятельных поездках.

- Никто не говорил о вашем плохом зрении? И это препятствие для того, чтобы не давать вам визу?

- Я подавала документы со справкой об инвалидности, чтобы виза была бесплатна. Инвалиды первой и второй группы имею право, правда, не во всех посольствах. Я вот не могу сказать точный список. Но вот Чехия сейчас находится в Шенгене. И имея чешскую визу, можешь путешествовать по всем европейским странам, кроме Англии. Сейчас на это никак подозрительно не смотрят.

Нам очень часто кажется, что мы не можем то, не можем это, но если подумать, если решиться, собраться и сделать, то выясняется, что оказывается, можем. И порой даже сами удивляемся, что можем и то, и это. Так вот мое пожелание не бояться. А еще хочу сказать, если кому-то нужны какие-то советы, если кому какая-то нужна помощь, какие-то практические советы, потому что я уже обладаю некими навыками. Со мной несложно связаться, я буду рада помочь людям, которые хотят что-то узнать, которым я могу что-то посоветовать.

- Пусть они нам позвонят. Мы свяжемся с вами.

- Телефон 8-926-531-87-58 Звонить по возможности, во второй половине дня. Есть еще имейл. Первое слово Helen, нижнее подчеркивание, а потом с как доллар, кью, ю, ай точка мейл.ру.

 Общество и рынок

 

Нам нужна поддержка

 

Санкт-петербургское УПП номер пять интересно тем, что оно может служить примером многих проблем, с которыми столкнулось подавляющее большинство ВОСовских предприятий. Когда-то достаточно крупное, стабильно работающее предприятие, поставляющее детали и узлы для низковольтной аппаратуры на многие крупные предприятия страны, в последние годы  эта небольшая фабрика пытается отыскать своё прочное место на рынке…

 О проблемах и надеждах трудящихся здесь людей я разговариваю с мастером участка цеха номер 3 Красновым Станиславом Григорьевичем.

 

- Пришел я на предприятие еще в 1968-м году. Здесь было очень большое предприятие, полторы тысячи человек в тот период. Сначала я был учеником Пока осваивал профессию.  В 90-х годах меня поставили вначале бригадиром основного участка производства, затем мастером.

– Как сегодня, есть заказы у предприятия?

- Заказы, по сравнению с прошлым конечно не очень.

 – А какая средняя заработная плата?

- По инвалидам, где-то 8.000.

– А сколько у вас незрячих в цеху?

- Сейчас 13 человек. работают давно. Каждый знает свою специфику работы. В основном у нас участок гибочный, резьбонарезка идет, скобы. Вся эта резьбонарезка потом поступает на второй участок. Там уже сборка идет, блоки собирают для низковольтной аппаратуры.

 

Мастер с ностальгией вспоминает о былых временах, когда на предприятие стремились трудоустроиться, и каждому новичку были рады.

 

- Раньше в Советском Союзе  рук не хватало, так как были объемы большие, очень даже большие. Мы же раньше делали для комбайновых заводов. для АвтоВАЗа делали там, 177-я такая скобка была. Блоки делали для них, нам даже завод два автомобиля выделили. Мы же по всему Советскому Союзу, и плюс к тому еще и в страны СЭВ. Потому что мы типа монополии были. и в Югославию, и в Польшу, и в Чехословакию, всюду. А сегодня объёмы резко упали. Естественно молодежь не очень идет, неохотно идет совершенно. раньше она с удовольствием шла. Школу закончили – они приходили к нам. заинтересованы были все-таки перспектива была, во-первых. Во-вторых, у нас в то время и спортом занимались. здесь военно-морская академия рядом был бассейн, мы с утра всегда плавали., и культурой занимались. Сейчас это, конечно, стало отмирать. средний возраст рабочие работают 50 лет.  Ветераны. Они давно работают. Молодёжи привыкать к этой профессии очень тяжело.  Как говорят, желания нет особого, если приходят на работу с 8.15 и заканчивают в 4 часа, устают.

 

Мой следующий собеседник - слесарь сборки 2 разряда Александр Михайлович Грещунков.

 

- Я пришел сюда работать, мне ещё 16-ти лет не было. Это был 2000-й год. В общем, 7-го февраля 2014-го года будет 14 лет, как я здесь работаю.

– На вашей памяти как менялась ситуация на предприятии?

- Вы знаете, когда я сюда пришел, хоть и говорили, что все плохо, что все типа валится, такого особого развала, в принципе, я не видел.

– А на данный момент, что за ситуация?

- Я бы сказал – не очень хорошая ситуация. Зарплаты маленькие, работы мало. Конкуренты душат наше предприятие. Сюда на такое предприятие навряд ли кто придет из молодежи, потому что вся молодежь, в основном, идет либо в массажные училища, либо в другое место. Чтобы молодежь заинтересовать, должна быть зарплата более достойная.

А меня удерживает здесь то, что, во-первых, хоть какая-никакая зарплата есть. И меня удерживает семья. Потому что у меня двое детей, жена. Мне любая копейка дорога.

– А семья вас поддерживает в том, что вы здесь работаете? Что жена говорит? Не говорит – ищи новую работу?

- Нет. У нас в семье как бы заведено, как и раньше было изначально, в старину, что мужчина – он добытчик. Если есть возможность где-то подработать, я иду подрабатывать. Но вот так, чтобы там пилить или еще чего-то, говорить, что вот типа денег мало, такого нету.

– Александр, ну, а есть какая-то надежда все-таки на улучшение ситуации на предприятии?

- Не знаю, если честно. Вот директор… только что собрание было. Вроде бы перспективы хорошие, как обрисовали. Надеются, новые профили запустить, новые детали выпустить. Ну, будем надеяться, что ситуация как-то нормализуется.

То, что 70 лет назад делали, зацикливаться нельзя. все давным-давно уже по новым технологиям делается. А у нас как делалось 70 лет тому назад так оно, в принципе, и делается. Мало, что меняется. Нет, что-то, конечно, модернизируют, что-то подделывают, стараются. Ну, не в том плане, как хотелось бы.

– У вас дружный коллектив?

- Вы знаете, если брать, допустим, 2000-й год и сейчас, то в 2000-м было году гораздо дружнее, чем сейчас.

– А что изменилось?

- Сейчас все сидят, лишь бы только заработать, и народ  немножко озлоблен. Это как ни обидно, но оно так и есть. Потому что если бы были более-менее зарплаты, то, я думаю, народ был бы более к друг другу добрее, и не смотрел бы, кто сколько заработал и какая у кого работа.

– Вы для себя какие-то перспективы ставите, например, чтобы как-то улучшить свою квалификацию?

- Сейчас я подал документы на восстановление в вечернюю школу, потому что в свое время я вечерку не закончил. А сейчас, видя вот эту ситуацию, которая складывается на предприятии и вообще на предприятиях наших ВОСовских, я понимаю, что надо что-то делать другое, что-то искать. Думаю, школу я закончу, и  как большинство сейчас молодежи идут в массажку, пойду туда же. Массажисты – они везде нужны.

– А рабочие могут влиять на принятие каких-то кардинальных управленческих решений? У вас есть какая-то связь с директором? Не формальная, а действительно, чтобы вы могли свои предложения, например, по тому же изменению профиля выдвигать?

- Вот я являюсь общественником, так я иной раз и смотрю, где чего сломано, где чего там надо сделать, и подхожу к мастеру, к начальнику цеха и говорю: вот это, это надо сделать. Вот это неправильно, это надо переделать. Ну, там машинки отремонтировать. Ну, допустим, говорю на этой машинке работать невозможно. Ну, если ничего не помогает, то тогда, конечно, приходится и к директору идти. Ну, стараемся до этого не доводить. Но все равно, если есть какие-то предложения интересные, то можно и к директору-то подойти, он против никогда не будет.

 

Директор Санкт-петербургского УПП номер 5 Вадим Александрович Буйнов начал нашу беседу с того, что объяснил причины резкого ухудшения положения дел на предприятии.

 

- Мы не ожидали такого. Никто не мог спрогнозировать, что у нас с промышленностью произойдет такой спад, это касается и электротехнического рынка, и рынка светотехники в целом в России. Это вступление в ВТО. Тем не менее,  я бы сказал, что стабильно держимся. Конечно, хотелось бы лучшего. сейчас мы ориентированы в основном на выпуск низковольтной продукции. А точнее это комплектующие для низковольтного оборудования. Это клеммы низковольтные. так называемые зажимы наборные, это шинодержатели. В общем, комплектующие для оборудования, для распределительного оборудования, силового, щитового, применяемого и в лифтостроении, и в строительстве, и пожарно-охранные системы.

– Сколько инвалидов незрячих у вас работает на предприятии?

- Сегодня на предприятии работает порядка 70-ти инвалидов по зрению.

- Все ли специалисты есть? Или всё-таки есть острая потребность в каких-то специалистах?

- На сборке все места укомплектованы. на заготовительном тоже. Хотелось бы каким-то образом модернизировать нашу техническую службу, потому что сегодня уже без знания каких-то КАДовских программа, там АвтоКад. Невозможно представить себе техническую службу, конструкторский отдел. без этого, сегодня ну, никуда. Потому что без проектирования, без развития новых изделий, мы просто-напросто из года в год будем терять свои позиции на рынке. Поэтому, конечно, хотелось усилить техническую службу. не обязательно избавится от тех, кто сегодня там работает. Это замечательные люди. Я не смотрю на то, что они работают, может быть, больше на Кульмане, чем с компьютером. самое главное – это голова. А компьютер – это инструмент просто-напросто. Ну и, конечно, не хватает современных навыков продаж. Сегодня самое главное – это, конечно, продажи.

То есть здесь необходимы высокооплачиваемые специалисты, я это понимаю. мы получили субсидию от комитета по Санкт-Петербургу, по занятостям. и должны организовать участок лазерной резки, с современным швейцарским оборудованием. И мои планы таковы, что  серьезную нагрузку на фонд оплаты труда, каким-то образом переместить на те средства, которые мы будем получать от участка лазерной резки. И я думаю, что у нас появится возможность взять хороших специалистов. Мы сегодня продаем нашу продукцию как в России, так и в странах СНГ. Но, ее нужно модернизировать. У нас в планах запустить два абсолютно новых изделия. И модернизировать также два. То есть без этого вообще никак.

 

Директор ещё достаточно молод, и лично мне импонирует тот задор и энтузиазм, которые он не растерял, не смотря на все трудности, с которыми ему приходиться сталкиваться на своём посту. 

 

-  На самом деле мне очень интересно заниматься производством. здесь сохранен какой-то дух настоящего производства. С участками, с заготовительным, литьевым участком, сборочным. Участок инструментальный. в общем, все как должно быть на настоящем промышленном предприятии. это интересно. И мне интересно заниматься развитием, модернизацией. и я связываю себя с этим предприятием, мне интересно вывести это предприятие из того состояния, которое оно на сегодняшний день находится. мне интересно сделать так, чтобы продукция, которую сегодня выпускает предприятие, была востребована, чтобы она была конкурентоспособна, чтобы покупали в первую очередь у российского производителя, а не у китайского. И мне даже уже сегодня на самом деле приятно, что нас сравнивают с такими иностранными монстрами, гигантами производителями, как «Феникс контакт», как «Вайт Мюллер», как турецкий «Клемсан». То есть, уже, на мой взгляд, есть небольшой результат.

 

В процессе нашей беседы я пытаюсь выяснить, действительно ли мой собеседник верит в будущее своего предприятия.  Ведь, что уж там греха таить, существует  такое мнение, что в нынешней ситуации, мол, ВОсовские предприятия – это все-таки анахронизм, пережиток советского прошлого, так как они, якобы, по своей природе неконкурентоспособны. Ведь действительно известно, что рабочее место инвалида, особенно инвалида по зрению, зачастую обходится существенно дороже, чем его зрячего коллеги. 

 

- На моя взгляд, безучастие со стороны государства делает это невозможным, потому что мы по сути практически ничем не отличаемся от наших конкурентов, где работают полноценные люди, где существует автоматизация. У нас нет никаких абсолютно льгот на оплату коммунальных затрат. Это электроэнергия, вода, тепло. То есть, нас рассматривают изначально, как полноценное предприятие. Поэтому хотелось бы, чтобы, конечно, государство обратило на нас внимание. И, в принципе, нам много не нужно. Достаточно может быть отдавать какие-то мелкие заказы тех же самых госкорпораций. Или дочерних их структур. мы готовы работать. И готовы зарабатывать. даже в  условиях жесткой, очень жесткой конкуренции и в ВТО. и небольшая бы поддержка со стороны государства именно в качестве каких-то послаблений, чтобы мы немножко все-таки как-то выделялись от всех, а не были…

– Не на равных.

- Да. По тем же самым зарплатам. Потому что, к сожалению, ни для кого не секрет, что существует такое понятие, как белая, черная зарплата. Соответственно многие компании снижают стоимость продукции за счет этого. мы у себя, естественно, это позволить не можем. Да и для чего это нужно.

у нас есть определенные там небольшие льготы, тут нечего лукавить. Но, тем не менее, все-таки хотелось бы больше каких-то привилегий, именно из-за того, что здесь используется ручной труд инвалидов, и инвалидов по зрению. То есть здесь просто нужно понимать, что это такое, когда действительно нужно и встретить, и сопроводить, и проводить. И плюс еще, обеспечить какую-то работу. И не просто работу, а ту работу, которую незрячий может выполнить

Политика

Пенсионный закон мог бы быть хуже

 

У микрофона «Диалога» депутат государственной думы, вице-президент ВОС Олег Николаевич Смолин.

- Пенсионных законов в постсоветской России было не один и не два. на рубеже 80-90-х пенсионные законы середины 90-х годов, индивидуальный коэффициент пенсионеров. Зурабовская реформа, затем так называемая валоризация 2009-2010-й годы. И, наконец, новая пенсионная реформа. По меньшей мере пять. Чем не устраивал пенсионеров Предыдущий пенсионный закон. Тем, что пенсии в России нищенски малы для большинства людей. В Греции после страшнейшего кризиса, уронили уровень пенсионного обеспечения. И теперь в Греции средняя пенсия составляет порядка 520-ти евро. То есть в пересчете на наши деньги это более 20-ти тысяч рублей. В России средняя пенсия не достигла 11-ти тысяч рублей. Наша средняя пенсия вдвое ниже, чем греческая. Я не говорю про другие страны, я говорю про самую тяжелую кризисную страну в Евросоюзе в последнее время. Конечно, объяснить это только тем, что у нас низкая производительность труда невозможно. Греки работают не лучше нас. Значит, проблема не только в том, как мы работаем, но в том, как мы делим общественное богатство. Мы его делим крайне несправедливо. В России 110 долларовых миллионеров владеют 35% всего национального богатства. Я другой такой страны не знаю. Что касается правительства, то его пенсионный закон не устраивал прежде всего тем, что  он не обеспечивал сбалансированность работы пенсионного фонда. В бюджете пенсионного фонда уже давно была дыра объемом более триллиона рублей.

Пенсионный фонд можно балансировать двумя основными способами,е. За счет бедных либо за счет богатых. Пока правительство предполагает идти по преимуществу за счет бедных. В частности под этим предлогом сокращаются и отменяются льготы для предприятий, использующих труд инвалидов по оплате в пенсионный фонд. По этой причине было принято решение резко увеличить нагрузку на малый бизнес по отчислениям в пенсионный фонд. После чего несколько сот тысяч малых предприятий в России просто-напросто закрылись. То есть смысл заключается в следующем, заставить платить всех, при этом распределяя нагрузку. Ну так, таким образом, что если вы получаете, скажем, там более полумиллиона рублей в месяц, то с вашей зарплаты уплачиваться будет порядка 5%. А если вы получаете до 47-ми тысяч, то с вашей зарплаты будет уплачиваться 30% во внебюджетные фонды Российской Федерации. Это одна линия. Есть другая линия, которую мы давно предлагали. Она заключается в следующем, сбалансировать пенсионный фонд в основном за счет богатой части населения страны.

– Мы – это кто?

- И фракция КПРФ, и фракция Справедливая Россия. Брать отчисления в пенсионный фонд со всей заработной платы. Да, получаешь много, платишь со всей заработной платы как все. Да, это не сказывается прямо на уровне твоей пенсии. Ты таким образом помогаешь людям, у которых низкие пенсии. Вторая линия, принятая во всем мире – прогрессивное налогообложение.

 – Почему же отказываются референдум провести, какие вопросы можно было на этом референдуме поставить и принять потом во внимание?

- В моем кабинете собрались 4 профессора, профессор Бузгарин, МГУ, профессор Мельников, он же первый зампред Геннадия Зюганова, МГУ, профессор Глазьев, ныне советник президента, и профессор Смолин, мы на четверых сочинили 17 вопросов, которые следовало бы вынести на референдум. Левада Центр провел опрос населения по всем нашим 17-ти вопросам. И оказалось, что если бы нам разрешили провести референдум, мы бы все 17 вопросов выиграли. Какие это были вопросы, считаете ли вы, что минимальная заработная плата должна быть не ниже прожиточного минимума в Российской Федерации?

Сейчас она составляет в лучшем случае две трети. Считаете ли вы, что минимальная пенсия должна быть не ниже прожиточного минимума по Российской Федерации? Сейчас придумали отдельный прожиточный минимум для пенсионера, который раза в два ниже настоящего, который тоже занижен. Так вот, к этому прожиточному минимуму пенсионера все и пытаются приравнивать. Считаете ли вы, что природные богатства там, военно-промышленный комплекс и так далее были возвращены в собственность государства? Считаете ли вы, что каждый должен быть обеспечен общедоступным образованием. Кстати, вопрос об образовании  получил 97% поддержки. А большинство других вопросов получали поддержки от 80-ти и более процентов. Мы регулярно выступаем с инициативами проведения различного рода референдумов. Например, мы хотим провести референдум об отмене закона об Академии Наук, об отмене нового закона об образовании, с которым мы еще нахлебаемся. Да, было бы очень правильно, если бы мы провели референдум по пенсионному закону. Но после истории с 17-ю вопросами и опроса Левада Центра правящая партия и администрация президента быстро сообразили, что так ведь можно и проиграть крупно. И в закон о референдуме быстро-быстро были внесены поправки, смысл которых заключается в том, чтобы сделать референдумы практически невозможными. Поправка звучит примерно так, что референдумы запрещается проводить по вопросам, отнесенным к компетенции конкретных органов власти в Российской Федерации. Значит, если законы отнесены к компетенции Государственной Думы, то референдум по закону провести нельзя, потому что этим должна заниматься Государственная Дума и так далее. А у нас почти нет вопросов, которые не были бы отнесены к компетенции либо президента, либо правительства, либо парламента, либо суда. Поэтому первый референдум, который надо было бы проводить в России, на него трудно просто поднять народ, согласны ли вы с тем, что ограничения на проведения референдумов, установленные Федеральным конституционным законом номер такой-то, должны быть отменены? Вот после этого стали бы возможны другие референдумы.

 – Да, но Олег Николаевич, с другой стороны сейчас либералы полезли со своими вопросами. А их вопросы, знаете, уже довели страну до ручки. Вы думаете, что население не поддержало бы предложение либералов?

- Я не знаю, о каком предложении вы говорите, но если бы там нам стали, я думаю, предлагать отменить закон о так называемой гей-пропаганде, то три четверти или 9/10 населения высказались бы против.

Вернемся к пенсионному закону? Хорошего в нем есть то, что плохого в нем могло быть намного больше. Это, пожалуй, самое главное. Действительно, закон предусматривает сохранение в современном виде пенсионного возраста, 55 и 60 лет. Я, кстати, не думаю, что эта позиция продержится долго. Очень бы хотел ошибиться, но мой прогноз, после 18-го года правящая элита к этому вернется. Не случайно на встрече с президентом Путиным нам показали Кудрина как потенциального кандидата в премьеры. Алексей Кудрин постоянно говорит, как, кстати, и Антон Силуанов, министр финансов, надо повышать пенсионный возраст. Но пока, как минимум, до 19-го года эта позиция сохранится. Второе из плюсов. В законе в основном сохраняется уровень пенсионного обеспечения для уже действующих пенсионеров.

В законе пока временно в основном сохранены льготные пенсии. Правда, при этом взят курс на свертывание системы льготных или досрочных пенсий. Принят параллельно  закон об оценке условий труда, согласно которому будут определять, а действительно ли человек работает во вредных производствах, или на самом деле производства эти не вредные. В перспективе будут стремиться свернуть льготные пенсии, также досрочные для учителей и врачей, доказывая, что их условия труда  - это не вредные условия.

Этот шаг касается матерей и относится к четвертому ребенку. Если сейчас право на так называемый страховой период получает мать трех детей из расчета полтора года на ребенка, то есть в периоды, дающие право на пенсию, записывается 4,5 года у матери, то теперь появляется там 4-й ребенок, и можно 6 лет пробыть в отпусках по уходу за четырьмя детьми. Вместо 4,5 – 6 лет, это плюс. Правда, при этом надо отметить, что довольно низкие коэффициенты, по которым начисляется пенсия, даются.

Пенсии по новому теперь будут рассчитываться изначально в конечном итоге все равно в рублях, а изначально в баллах. Что такое эти самые баллы. Баллы рассчитываются, согласно закону, двумя способами. Способ первый, от заработной платы, с которой отчисляются пенсионные взносы. В 2014-м году эта заработная плата составляет 47 тысяч рублей в месяц. То есть если вы получаете больше 47-ми тысяч рублей в месяц, вы уже с этой суммы взносов не платите. Вот 47 тысяч рублей в месяц – это 10 баллов. Делим на 10, получается, что с каждых 4700 рублей вы получаете 1 балл. Другой способ расчета такой, он уже не индивидуальный, а общий. Берется общее количество денег в пенсионном фонде, делится на количество пенсионных баллов, заработанных людьми, и получается, соответственно, тоже цена одного балла. Причем не факт, что эти две цены совпадут, потому что количество денег в пенсионном фонде может оказаться не такое, как рассчитывали. Они же все рассчитывают по прогнозам. Вы же помните заявление Дмитрия Медведева, что положение нашей экономики кисляк. В прошлом году наша экономика якобы выросла на одну целую три десятых процента. При этом серьезно обвалилась обрабатывающая промышленность. Коллеги, которые руководят предприятиями ВОСовскими мне говорили, что, скажем, в промышленности электротехнической обвал в прошлом году был 25%. Это натуральный кризис, а вовсе никакой не рост. Поэтому расчеты могут не подтвердиться, и тогда цена пенсионного бала соответственно упадет, и пенсия упадет. Далее, для того, чтобы получить пенсию, нужно проработать не 5 лет как по прежнему закону, а 15 лет. В принципе, это было бы нормально для нормального человека. Но это может ущемить в правах многодетных матерей. Жен офицеров, которые ездят за своими мужьями. Отчасти военных пенсионеров, молодых инвалидов. По данным счетной палаты количество работающих инвалидов от их общего числа в 90-м году составляло 22%, на рубеже 2010-го года 8%. Очень многие люди с инвалидностью не работают не потому, что не хотят, а негде. На наших предприятиях в пять раз сократилось количество работающих людей с инвалидностью. Пенсию по старости мы предлагали назвать ее пенсией по возрасту, но пока не принято. для того, чтобы заработать пенсию по возрасту требуется не менее 30-ти баллов. А это значит, что если вы получаете, как на многих наших предприятиях, 7-8 тысяч рублей, даже если вы проработаете 15 лет, вы пенсию по возрасту или по старости не получите. У вас будет государственная социальная пенсия, когда вы достигнете пенсионного возраста, но эта пенсия существенно меньше, чем трудовая. Права, людей с инвалидностью, прямо ущемляются. Мы объясняли это нашим коллегам в Государственной Думе. Нас уверял замминистра, Олег Николаевич Пудов: да нет, мы же все оставили как есть. Они действительно формально все оставили как есть. Но поскольку стаж-то увеличился, и 30 баллов появились дополнительно для пенсии по старости, то для инвалидов это оказалось два новых барьера. На пути к получению настоящей пенсии. Ожидаются специальные парламентские слушания, мы этот вопрос будем обязательно поднимать. Что касается пенсии работающего пенсионера. Первоначально предполагалось, что она вообще пересматриваться не будет. Вы вышли на пенсию, все, получили 10 тысяч. Потом удалось добиться того, что частично перерасчет пенсии для работающих будет происходить. Но в пределах 18-ти тысяч рублей. То есть те, кто получает до 18-ти тысяч, для наших людей это большинство, они смогут рассчитывать на перерасчет пенсии, как и было. Но почему 18 тысяч я не очень знаю, когда средняя зарплата по России там, на конец прошлого года, порядка 27-ми тысяч рублей. Взяли бы хотя бы среднюю заработную плату для перерасчета.

Мы же говорили, что главный смысл пенсионной реформы – это сбалансировать пенсионный фонд. Далее, очень важная тема, это тема о том, какими же будут пенсии. Известна норма конвенции международной организации труда номер 102 о том, что коэффициент замещения, отношение пенсии к утраченному  заработку должно быть порядка 40%. По оценкам независимых экспертов, в 2013-м году пенсия составляла в России средняя 33% от заработка, коэффициент замещения 33, а в 14-м году 32. То есть мы не приближаемся, наоборот, удаляемся от МОТовской конвенции. Формально пенсионный возраст не повышается. Но фактически пенсионная реформа направлена на то, чтобы люди работали как можно дольше не только по желанию, но и по принуждению. Если вы не выходите на пенсию в положенный срок, в 55 или 60, а продолжаете работать и отказываетесь от пенсии, то когда вы соберетесь выходить на пенсию там через 5 или 10 лет, ваша пенсия будет в два примерно раза выше, чем если бы вы выли на пенсию вовремя. Значит, возникает такая ситуация, если вы проработали до пенсии 30 лет и ушли на нее, ваша пенсия составляет икс. Если вы проработали до пенсии 20 лет и 10 лет после пенсии, ваша пенсия уже будет 2Х, то есть в два раза больше. Пенсионной формулы в готовом виде в законе нет. Он совмещает несколько пенсионных формул, одну для тех, кто сейчас на пенсии, другую для тех, кто будет выходить на пенсии с 15-го года, третью для тех, кто будет выходить на пенсии после 20-го года, и все это в большой-большой сложности.

В Государственной Думе за этот закон проголосовало 244 депутата, это Единая Россия и плюс шесть человек, отделившихся, от Справедливой России. Против проголосовали фракции КПРФ и Справедливая Россия, фракция ЛДПР уклонилась от голосования. Фактически закон принят голосами исключительно Единой России

– В последнее время я слышу, такое мнение, что вот сейчас закончатся олимпийские игры, и будет некоторый существенный отказ от либерального курса. Насколько это верно? Даже есть вот такое наблюдение, скажем, Глазьев, один из лидеров Компартии стал советником президента. Это вроде бы многие воспринимают доказательство будущего отхода.

- Сначала про Глазьева. Сергей Юрьевич не коммунист. По взглядам он скорее так вот, где-то правый социал-демократ. Но самое главное, что он представитель интересов национального производства, без чего делить в экономике ни левым, ни правым будет нечего. Конечно, я был бы рад, если бы Сергей Глазьев стал премьером, но мой прогноз, что этого не произойдет. Повторю, Владимир Владимирович на встрече с народом показал нам, кто может быть премьером после Медведева – это Кудрин. У либерализма как политического течения есть две стороны, одна сторона, положительная, это устремление к политической свободе. Другая сторона, наверное, будет категорически отрицательная, это стремление к безграничному рынку, который, естественно, соответствует исключительно интересам богатых граждан. Так вот, по факту у нас сейчас в России парадокс, либерализм с минимальным количеством свободы. В экономике наш курс очень либеральный. В политике наш курс отнюдь не либеральный на самом деле, потому что политической свободы в стране намного меньше, чем следовало бы. Очень бы хотел ошибиться, но я не думаю, что преемником Дмитрия Медведева станет политик типа Сергея Глазьева. Дай Бог, чтобы не Алексей Кудрин.

 – Общий существенный заметный отказ от либерализма вы не ожидаете, да?

- Экономический кризис требует изменения экономической политики, это очевидно. Но пути выхода можно искать слева, как это дела, например, Франклин Рузвельт, да, и как это делал бы, например, Сергей Глазьев. А можно искать справа, по пути завинчивания гаек экономической политики, экономии на бюджетной сфере и так далее, и так далее. Все, что принято до сих пор говорит о том, что у нас по преимуществу ищут выход из экономического кризиса справа. На путях усиления экономического либерализма, псевдо либерализма, я бы сказал.

Пожелаем нашим слушателям, чтобы мои прогнозы подтверждались поменьше. Как гражданин я бы хотел, чтобы они провалились.

   Организация ВОС крупным планом

 

Здесь нас понимают

Антон Кротков

 

Как живётся незрячим в таком большом городе, как Санкт-Петербург? За ответом на этот вопрос я отправился в одну из местных организаций «Северной столицы». И начал своё посещение с разговора с Галиной Владимировной Волковой - Председателем Невской местной организации Санкт-петербургской региональной организации ВОС.

Надо рассказать, что Невская организация живёт и работает в довольно спартанских условиях. Это несколько небольших комнат в полуподвальном помещении, требующих основательного ремонта. Тем не менее, здесь царит по-домашнему уютная и оживлённая атмосфера клуба единомышленников. 

 

- Мы работаем здесь с 1985-го года. В этом помещении мы проводим различные реабилитационные социокультурные мероприятия, круглые столы, конференции, приглашаем представителей муниципальной власти, администрацию Невского района, то есть жизнь кипит. Нас приглашает библиотека слепых на свои мероприятия, приглашает район. Мы в них активно участвуем. Участвуем и в мероприятиях, которые проводит региональная организация. Но для людей важен дом, где они могут просто попить чаю, пообщаться. Поэтому по максимуму стараемся, чтобы для людей наше помещение было вторым домом. На данный момент, так как мы находимся здесь с 1985-го года, и не было давно капитального ремонта, у нас встал остро вопрос о капитальном ремонте. Мы обратились в администрацию Невского района по этому вопросу. К нам приезжал в августе глава района, посмотрел все и предложил два варианта: или подобрать новое другое помещение, соответствующее нашим потребностям, уже с хорошим ремонтом, или поэтапно ремонтировать наше помещение. Учитывая то, что люди уже привыкли к этому адресу, это для них очень много значит – привычка и всё-таки учитывая наши ограничения по зрению, Решили, что будем делать поэтапный ремонт. Вот в данный момент уже установили новые пластиковые окна, по плану уже замена электрики, затем замена полов, потом косметика. И так мы потихонечку сделаем здесь, чтобы нам здесь было находиться еще лучше. При этом люди актив не остаются в стороне, была замена окон, естественно, они помогали сделать и уборку, и радовались, что стало намного светлее. То есть принимают активное участие. Это не формальность, это действительно люди идут к себе домой. Приходят: Привет, как дела? - Привет, а как у тебя дела? То есть делятся какими-то  своими личными секретами.

Мы работаем с муниципальными образованиями района. При каждом муниципальном образовании существует общественный совет. И мы стараемся ввести в этот общественный совет членов нашей организации. Депутаты законодательного собрания к нам хорошо относятся.

И организация уже может решать свои вопросы. Проводим экскурсии автобусные.  Куда люди хотят, выезжаем. Это дополнительное общение, получение какой-то информации, развитие в культурном плане. То есть люди всегда  очень довольны.

– А с какими, в основном, проблемами к вам обращаются? Например, самая последняя проблема, которую вам приходилось решать.

- Человек обратился, срочно нужна была юридическая помощь. Для таких случаев у нас заключено соглашение с адвокатской конторой. Мы связываемся уже с дежурным юристом, чаще всего приглашаем его в организацию, чтобы людям было удобно. Например, 2-3 человечка нуждаются в юридической консультации, приглашаем юриста, назначаем день, и они здесь спокойно обсуждают свои проблемы.

 

Галина Владимировна говорит, не менее часто людям, с которыми она общается и работает, приходиться сталкиваться с проблемами психологического характера.

 

Да проблем много. И самые первые проблемы начинаются с того, что человек жил полноценной жизнью в семье и вдруг он теряет зрение. И получается недопонимание в семье. Поэтому когда человек приходит вступать в нашу организацию нам приходится работать не только с инвалидом по зрению, но и с членами их семьи. Чтобы они поняли, что изменилась ситуация, и что в этой ситуации тоже можно жить. И мы со своей стороны делаем все возможное. Если у мужа проблема со зрением, то зрячая жена вместе с ним приходит на наши мероприятия и участвует. И в дальнейшем говорят: Галина Владимировна, а ведь  мы жили и жизнь у нас была более бедная каким-то там мероприятиями. Дом – работа, работа – дом. Если пенсионеры – магазин. А теперь и на экскурсию ездят, и в чаепитиях участвуют, и в какой-то самодеятельности. Это полезно даже не только для самого инвалида, а для членов семьи. А для него хорошо то, что его родственники смотрят на инвалида по зрению другими глазами, что он не  обуза.

– Как вам удается создать такую клубную атмосферу? Сразу ли стало все получаться?

- Нет, конечно. И не каждый может быть, наверное, на этой должности. Здесь нужно иметь очень много терпения, выдержки. Мы же такие же люди, как и все остальные, и сами инвалиды.  поэтому  понимаем  своих собратьев. Инвалидность у меня была получена уже в зрелом возрасте. До этого я работала на кировском заводе в Санкт-Петербурге, училась на вечернем отделении. И естественно не планировала получать какую-либо инвалидность. Но так по жизни случилось. Конечно морально это было тяжело, я об этом хорошо помню. Что помогает мне работать с людьми, которые только получили инвалидность, вот те мои ощущения в то время. На предприятие Общества слепых попала, это был 1990-й год, УПП номер 5, на котором я отработала 17 лет. Конечно, вначале для меня всё было дико, непонятно, морально тяжело. Но рядом, вокруг меня были люди, очень хорошие люди, которые помогли мне справиться со своими волнениями, как-то улучшить своё самочувствие. И постепенно я втянулась в жизнь нашей восовской организации. Вначале была просто членом цехового бюро. Затем ещё какие-то у меня были общественные нагрузки. Стала работать мастером. И спустя какое-то время заметили мою активность и избрали председателем профсоюзного комитета всего предприятия. Пять лет я там отработала в должности председателя профсоюзного комитета. И уже с этой должности перешла работать председателем Невской местной организации. Уже работаю шесть лет. То есть предыдущий опыт мне помог. И очень хорошо помогает в этой работе с людьми.

Если хочешь им помогать, если есть это желание, то тогда все получится. Если нет желания, не стоит себя мучить, только болячек наживешь.

– Кого можете из своих активистов выделить?

- Ну, естественно, все члены бюро. Очень много помогает в работе Денис Александрович Мойкин, у него сложная история. Полностью зрячий человек, утром выходил на работу. И по ошибке ему плеснули в лицо кислотой. С этого момента у него жизнь резко изменилась, было много операций, реабилитация в городском центре. Вступление в нашу организацию, И теперь он, конечно, очень серьезно помогает организации и инвалидам по зрению.

Вся музыкальная часть нашей работы на нем. Он у нас и главный диск-жокей, и главный режиссер, потому что мы участвуем во всех реабилитационных конкурсах, которые проводятся региональной организацией. Пишет сценарии, оформляет музыкальное сопровождение, если у нас какое-то чаепитие. У нас в организации много талантов из художественной самодеятельности, которые хорошо поют. Но при этом нужно же наладить аппаратуру, чтобы микрофоны работали, чтобы все это как-то звучало - этим занимается Денис.

 

Итак, знакомьтесь - Денис Александрович Мойкин. Впрочем, слово ему самому: 

 

– Я окончил сначала железнодорожный техникум, здесь недалеко находится, на Седова. А потом железнодорожный институт. Работал на железной дороге во время учебы осмотрщиком. Потом в испытательном центре, испытывали вагоны. Закончил аспирантуру,стал преподавать. Был замначальника отдела технического диагностирования при научно-исследовательской организации. Ну, собственно говоря, там я и продолжаю по сей день работать. был, естественно, перерыв в работе почти 7 лет, связанный с травмой. серия медицинских мероприятий, связанных с восстановлением кожного покрова и так далее. вследствие этого попал в организацию.

– Наверное, был очень тяжелый психологический момент?

- Да, знаете, как ни странно, нет. Какой-то шок да.  Потому что ты находишься на взлете карьеры, какого-то финансового благополучия, и вдруг вот такое случается. Но тем не менее, какой-то… психологического… какой-то травмы, честно говоря, я не могу сказать, что получил. мне как-то было некогда этим заниматься, поскольку эту травму получили мои близкие. И моя задача была как раз смягчать им это ощущение. у меня были поставлены абсолютно четкие задачи. То есть ну, да, нету зрения. Значит, моя задача – научиться себя обслуживать, хоть я не очень еще представлял, как это можно, но задача такая была поставлена. у нас есть в городе реабилитационный центр, медико-социальной реабилитации для инвалидов по зрению. меня туда направили. Там я научился самостоятельно без зрительного контроля передвигаться не только в помещении, но и по городу. Приготавливать пищу, то есть самообслуживаться. Изучил десятипальцевый метод работы… там учили тогда на пишущих машинках, но я тут же переключился на компьютер и освоил слепую работу на компьютере. Ну и, собственно говоря, вот то, что я там получил, это стало таким базисом, и я просто стал дальше развивать свои возможности, навыки. И это позволило мне в 2007-м году вернуться на работу. Сначала я вернулся в качестве внешнего совместителя, кое-какие лекции читал, небольшое количество часов, постепенно наращивая, так сказать. Приобретая новый опыт работы без зрительного контроля. сейчас я дошел до  такого уровня, когда нормально эту работу выполняю.

– Как студенты и коллеги отнеслись к вашему возвращению?

- Ну, коллеги, собственно говоря, были рады, потому что мы давно с ними работали. Они все эти годы помогали мне. То есть я никогда не чувствовал себя в отрыве. Периодически просто на работу приезжал поинтересоваться, какие новости, что и как  происходит. Поэтому когда я пришел, они порадовались. Ну,  а студенты, они поскольку меняются… Поэтому я когда пришел, вернулся на работу, там были те студенты, которые меня еще и не знали. Сначала, конечно, для некоторых был шок. Один такой смешной момент был, когда я пришел на лекцию, а там сразу пять групп. То есть это порядка 100 человек. Причем студенты не с нашей кафедры, и я когда вхожу в аудиторию,  то они сразу понимают, что пришел слепой человек. Но поскольку для них это шок был, получилось так, что в аудитории прошел такой, ну, я бы его охарактеризовал вопль на вдохе. То есть когда где-то 50% присутствующих делают так: Ах! Начинаешь лекцию в каком-то ступоре,  но через 5-10 минут как бы все приходят в норму, потому что понимают, что все адекватно и все нормально. И все, как бы никаких проблем никогда со студентами у меня не было. Ну, конечно, некоторые пытаются хитрить как-то, это понятно. Да хитрить все пытаются, не только со слепыми преподавателями, со зрячими тоже, сами были студентами. На самом деле любому преподавателю это все и видно, и слышно даже без зрения. Поэтому  здесь никаких обид нет. Иногда можно на это сделать акцент, где-то пожурить, где-то пристыдить из воспитательных соображений, а иногда можно сделать вид, что ты этого не заметил. Ну, это по ситуации. Практические работы проводим тоже. Поскольку я всю свою работу прекрасно наощупь знаю. Я их знакомлю с различными узлами вагонов могу все разобрать, собрать, показать и научить самих это делать

– Вы самодостаточный человек и у вас  в отличие от многих незрячих работа, не связанная с Обществом. Зачем вам нужно Общество?

- Дело в том, что вот те 7 или 5 лет, которые я не работал, вот эти годы я провел в Обществе. И даже, может быть, не столько в Обществе Невского района, сколько в том самом реабилитационном центре. Когда я закончил обучение, мы вместе с Тамарой Михайловной Великановой, она тогда была директором, сделали там клуб по интересам для слепых. Я был как бы его председателем. И в этом клубе у нас был и музыкальный кружок, кружок рукоделия, спортивный кружок, по приготовлению пищи кулинарный кружок, психологический. То есть были такие секции, и люди в эти секции ходили. Мы этот клуб формально никак не оформляли, это слишком сложно и ненужно было, но он существовал. И со временем, когда я вернулся на работу, у меня, конечно, времени уже на это  стало меньше, но активисты того клуба ведут подобную работу в своих организациях. естественно, мне досталась моя организация. Я чувствую, во-первых, свою обязанность организации. Во-вторых, я знаю, что организация необходима.  когда человек теряет зрение с детства, у них есть специальные школы, они как бы находятся в теме. А вот те, кто теряют зрение будучи зрячими людьми они попадают в такой информационный вакуум, не знают, что им делать. И вот наша в том числе организация и вообще Общество Слепых первая функция – это помочь  заполнить этот информационный вакуум. То есть куда пойти, где получить навыки, как можно получить технические средства реабилитации в виде увеличителя, устройства для чтения аудиокниг, например, ну  и так далее. Опять же эмоциональная какая-то поддержка. ТО есть у нас люди приходят на прием, звонят нашему председателю, она с ними по телефону или лично обязательно поговорит, спросит как дела. Человеку не хватает общения. мы проводим праздники различные здесь. иногда это просто даты какие-то. Допустим, как День белой трости. или День пожилого человека. по таким дням тоже мы проводим какие-то здесь музыкальные вечера. вечера встреч. Потому что люди сидят по квартирам, но они стараются приходить  на такие  встречи, чтобы друг с другом поговорить, послушать хорошие песни, музыку. У нас куплена кое-какая радиоаппаратура гитары, микрофончики, микшерский пульт, чтобы можно было все это подключить. Есть у нас ребята, которые очень хорошо поют. мы приглашаем наших коллег из других организаций, где тоже есть художественная самодеятельность. То есть работа кипит.

Поскольку я все-таки инженер, различные технические проблемы, связанные с приобретением какой-то техники, определением, что нам необходимо для нашей работы лежит на мне. Опять же, какой-то мелкий ремонт, этой же самой техники, в принципе, тоже я при необходимости могу выполнить. при необходимости могу кого-то поучить ориентированию  на улице, как правильно ходить с тростью, как ею пользоваться. Но это если кому-то нужно, потому что этим, в принципе, занимается центр на Джамбула.

– Оглядываясь на себя на того, каким вы были до травмы. как вы считаете,  какие с вами перемены, может быть, личностные, духовные, произошли. Можете вы себя сравнить сегодняшнего и того?

- Здесь две большие разницы. Конечно, во-первых, тогда мне было 30 лет, сейчас мне 40. За 10 лет любой человек, особенно в этом диапазоне (30-40), обычно довольно сильно меняется в духовном плане. когда произошла травма, здесь на самом деле мне в чем-то повезло, потому что  эти годы, там 5-7 лет не был загружен работой… Потому что когда ты работаешь, у тебя работа – дом – работа. То есть некогда на что-то там переключиться. А здесь есть время подумать, проанализировать какой-то свой жизненный опыт. Это то, что обычно у людей получается, когда они выходят на  пенсию, то есть в старости. Почему старики мудрецы. Потому что у них появилось время проанализировать свою предыдущую жизнь. Вот у меня эта возможность появилась раньше. Жизненный опыт уже какой-то был, и вот, конечно, благодаря такому анализу, ну очень много изменилось в мироощущениях, в отношении к миру. появилась возможность изучить духовную литературу.  не со слов различных церквей. именно взять литературу, почитать, увидеть, что, оказывается, там не написано ничего того, чего бы нам не давали в институтах, где преподают материалистическое мировоззрение. Оказывается, что эти два направления, они дополняют друг друга и получается цельная картина. То есть ты понимаешь, что, оказывается, это не ерунда, что нам рассказывали во времена советской власти. Оказывается, что все абсолютно четко стыкуется и дополняет друг друга. Значит, в этом что-то есть.

Просто на самом деле у меня всегда было какое-то недопонимание. мы философию изучали в институте, обществоведение и так далее. Всегда было ощущение какой-то неполноценности. То есть нам дают груду информации, но она не стыкуется. То есть вроде все оно так, но она не стыкуется. Когда появилось время, я пытался ходить к батюшкам. Какая-то поддержка нужна была. Но они меня не удовлетворили как раз таки. Не смогли ответить на то, что меня мучало на тот момент. я начал сам искать ответы на вопросы, которые у меня возникали еще в студенческие годы, я нашел их, читая духовную литературу. Ну, естественно, такую литературу, которая доступна. Потому что для человека не церковного далеко не всякую литературу удастся прочитать. Вот когда я увидел, что вот все совпадает, паззлы складываются, вот тогда да. Я тогда начал ходить в церковь, начал понимать, о чем там говорят.

Я технарь, поэтому все воспринимаю через логику. Через доказательства. Я из тех, кого называют «Фома неверующий». То есть мне очень тяжело просто поверить, мне нужно понять. Я для себя это понимание нашел, все доказательства нашел, поэтому для меня это все абсолютно логично. То есть, это не просто вера. Хотя учат, что человек должен именно искренне верить. А там какие-то доказательства – это все вторично. Для меня первичны все равно доказательства, я доказательства для себя все нашел.

– Часто так бывает, что человек, когда его настигает слепота, особенно когда это с ним происходит уже в зрелом возрасте, он не готовится к этому с детства, Он это  воспринимает как какой-то несправедливый удар, как признак, что как раз Бога-то и нету, раз такие ужасные вещи могут происходить в жизни.

- Действительно возникает иногда такое ощущение. Хотя те, кто хотя бы немножко с этим знаком, они знают, что в таких случаях нужно задавать себе вопрос не «за что ты получил это?» а «для чего?». У меня тоже сначала возник вопрос, что я такого плохого сделал, что со мной все это произошло? А если задать вопрос для чего, я сейчас могу сказать. Посмотрите, вот если бы со мной это не произошло, значит, не было бы клуба в реабилитационном центре. Но есть некоторые люди, благодаря этому клубу, как раз реабилитировались. То есть они были хорошими музыкантами, но они опустили бы руки.

Поэтому вот, опять же, не «за что?», а «для чего?» Я занялся педагогической работой более активно. Потому что научной работой я тоже занимаюсь, но не в состоянии все-таки столь активно ей заниматься, как занимался раньше. Я это оставил ребятам помоложе. А сам сейчас перенацелился на педагогическую работу. я так думаю, что, наверное, у меня есть к этому какие-то склонности.  мне эта работа нравится, мне кажется, что у меня эта работа удается. Значит, наверное, это было нужно.

 

С первых минут знакомства Денис производит впечатление духовно сильного человека, который не сломался, не замкнулся на собственных бедах и проблемах, а постоянно нацелен на помощь другим. Денис даже сказал мне, что сумел принять свою судьбу, как определённое жизненное предназначение, ведь его опыт, профессиональные знания, энергия  востребованы среди незрячих, и он уже успел сделать кое-что полезное.

 

- Человек каким был, таким он и остался, но просто видеть перестал. Он на своём старом опыте на профессии вылезал. Мы постоянно по разным вопросам с друг другом общаемся и многие дела начинаются с каких-то таких неформальных обсуждений, с тем же Центральным Обществом Слепых, или допустим с метрополитеном. Вот если будете в метро обратите внимание, у нас на каждой станции в метре от края платформы есть рельефная, выступающая такая полоса. Она обычно из гранита сделана. Вот это сделано как раз в результате того, что мы когда-то обсуждали проблему, как ориентироваться слепым на станциях метро при самостоятельном передвижении.  мы  это обсуждали в кулуарах, поговорили с Колосом, с нашим председателем СПБРО ВОС, вышли на метрополитен. А метрополитен выслушал наши пожелания и сказал: да мы вполне это можем сделать. И он это сделал. У нас сейчас все станции оборудованы такой вот полосой. Постоянно, когда находимся на эскалаторах, по радиовещанию социальная реклама о помощи людям с белой тростью. Рассказывают, как им нужно помочь. То есть зайти на эскалатор, сойти с эскалатора, пройти по платформе, сесть в поезд, выйти из поезда. Процент внешней помощи от людей вырос процентов на 50 сразу. То есть люди сами стали предлагать свою помощь.  а все это начиналось вот с таких бесед, с обсуждения друг с другом этих вопросов. когда я потерял зрение, поскольку я человек, привыкший все-таки заниматься научной работой, конструировать, что-то диагностировать, Мы стали обдумывать. Вот результатом всего этого стала, в том числе, модернизация метрополитена. Хотя я и не говорю, что я это все придумал. Ну, где-то я стал тем пинком, который запустил эту работу. И, в принципе, это нужно сделать на всех метрополитенах в нашей стране. Это очень здорово помогает. Потому что я иду тростью по ровному полу, нахожу этот бортик маленький, и держась как бы тростью за этот бортик могу вдоль всей платформы пройти. Особенно это касается тех станций, где колонн нету. Допустим, Садовая у нас. Там шатрового типа станция. То есть  никаких ориентиров нет. Звук там тоже очень гуляет, на слух практически не сориентироваться. Ты тростью зацепился и пошел. И ты знаешь, что у тебя еще до края платформы метр. То есть ты вдоль этого бортика идешь абсолютно спокойно, не боясь никуда свалиться.

 – С кем-то из незрячих из других регионов общаетесь, опытом обмениваетесь?

 - У нас в стране существует интернет-сообщество. Существуют почтовые рассылки, связанные там с бытовыми проблемами, с техническими средствами,  с компьютерными технологиями. Вот у нас есть интересный сайт, называется «Тифлокомп». Это компьютерные технологии для незрячих. на этом сайте очень много всякой информации. Потом мы ездим на различные фестивали. поскольку я занимаюсь еще бардовской песней, сочиняю  песни, вот однажды я был на всероссийском фестивале бардовской песни. Там я познакомился со многими людьми из других регионов, и в частности с Тюменской области, из Елуторовска, и мы даже друг к другу ездили в гости после этого. Но уж через интернет общаемся постоянно. Из Москвы у нас тоже есть друзья.

– Какие у вас творческие планы?

Мойкин: - Поскольку сейчас все-таки основное время занимает работа и семья, у меня в этом году ребенок родился второй, поэтому творчество сейчас немножко, как бы сдвинулось в сторону. Хотя ежегодно я выступаю на фестивале бардовской песни Общества Слепых. Это «Струны Северной Пальмиры». Поэтому, естественно, я буду планировать участвовать в нем. За последние несколько лет несколько песен новых появилось. Может быть, по весне поучаствую всероссийский у нас конкурс «Весенняя капель» в Санкт-Петербурге проводится. Тоже бардовский фестиваль. Дальше по ситуации. Фестивалей много у нас проходит. А по времени как будет получаться, я не знаю, смогу ли поучаствовать.

 

Между тем жизнь в собрании Невской организации идёт своим чередом - около десятка её членов что-то мастерят за большим круглым столом.  Я подхожу к одной из женщин, узнаю, что зовут  её Татьяна Васильевна Денисова.

 

– Татьяна Васильевна, расскажите, как часто вы сюда приходите, как время здесь проводите?

- Делаем разные поделки. Сегодня я буду доделывать, вот смотрите, какая будет красивая баночка. Потом я ее отдекорирую, и можно использовать ее как вазочку для цветов. А сейчас вот веточки на столе видите, будем делать. то есть, с удовольствием проводим время.

Вчера мы были на экскурсии, с большим удовольствием посетили три прекрасные церкви. вернулись поздно вечером. Очень остались хорошие впечатления. Сегодня занятия, а потом еще какие-нибудь мероприятия. Ходим на концерты, на спектакли. В субботу были в Троицком, там был прекрасный вечер романсов. Вообще я очень довольна, что у нас есть такое общество. Всегда мы в нем находим поддержку, можно иногда жилетку поплакаться. Галина Владимировна и Ольга лексеевна сами звонят часто, спрашивают, в чем мы нуждаемся, как у нас дела, как настроение, в чем проблемы.

Вот у меня, например, был вопрос по поводу квартиры. там свои нюансы были. я подошла, Галина Владимировна с Ольгой Алексеевной дали мне координаты адвоката, я к нему обратилась, и он мне все  изложил. всё что я хотела услышать, услышала. У нас чаепития бывают ко всем праздникам, просто  домашние мероприятия, типа посиделки. Вот по-домашнему День Рождения отмечали, одной женщина нашей. это нам очень помогает в жизни.

 

К разговору присоединяется Ольга Клавдиевна Капранова

 

 - Мы ощущаем, что это наша семья. мы знаем, что у нас есть люди, которые понимают. Потому что у нас общие проблемы. Мы всегда можем сюда обратиться, чувствуем тыл за своей спиной. Это очень много для нас значит.  

Во многом это заслуга наших руководителей, Галины Владимировны и Ольги Алексеевны. Очень много значит, когда неформальный, а индивидуальный подход, когда знают каждого человека и находят для них свои слова. И  когда знаешь, что  тебе все время стараются сделать добро, о тебе думают – это много значит.